Во многих семьях есть традиции или реликвии, которые передаются из поколения в поколение. У кого-то это рецепт, у кого-то — кулон, доставшийся от прабабушки, и так далее.

У семьи Климовых, моих знакомых, в наследство передалась молитва. Ее шептали, когда над родными сгущались тучи, и она, словно невидимый щит, спасала их раз за разом.

История ее происхождения уходит в начало прошлого века. В семье рассказывали, что прадед был священником, звали его Алексеем. Он служил в крохотной церквушке, в уездном городке средь тундры. Несмотря на то, что жителей было немного, приход был довольно большим, многие приезжали и приходили пешком из соседних поселений, чтобы послушать его проповеди и побывать на его службах. Отец Алексей много помогал людям, оттого к нему и тянулись. По слухам, он был еще прекрасным мастером переводов, потому все свободное
время проводил за древнегреческими текстами, которые вручную переписывал на родной язык.

Однако все его труды, к огромному несчастью, сгинули. Вначале на его глазах сожгли церковь вместе со всеми его рукописными книгами, а потом и его начали преследовать. Тяжелые годы революции, ничего не попишешь. Но умер отец Алексей не от рук человеческих, его забрал тиф. Перед смертью он не молился, сказав, что не видит смысла тут оставаться, ему пора к Богу. А если начнет молитву читать, то обязательно поправится, ибо знал он слова такие, которые спасут от любых невзгод. Слова эти он передал своей жене, а она своим детям, те своим… Так молитва дожила до наших дней, и по сей день помогая семье Климовых. Есть только один важный момент: нельзя молитву эту записывать, потому что тогда она обретет материальный носитель и сгинет навсегда вместе с ним. Слово должно. оставаться словом, сказанным и сбывшимся, сила его в знании.

С тех пор молитва жила в памяти потомков. Ее знали наизусть, хотя никогда не записывали. Старшие учили младших, передавая как самое ценное наследство.

В голодные годы после революции дедова молитва доказала свою силу. Семья Алексея, оставшаяся без кормильца, скиталась по деревням, не имея ни хлеба, ни крова. Люди закрывали двери, не желая делиться последним. Тогда прабабушка, держа на руках двух маленьких детей, шептала слова про свет и тьму, про двери и приводящий к ним путь, про силу, данную Господом и про слово — чудотворное и спасающее. Тогда стали встречаться люди, готовые приютить, накормить, поделиться хотя бы куском хлеба.

В годы войны молитва снова спасла эту семью. Дед Николай, несмотря на сложное и голодное детство, вырос сильным и большим мужчиной — в отца своего. Весельчак и душа компании, шумный, с большим сердцем и открытой душой. Когда был на фронте, попал в окружение. Снаряды рвались повсеместно, пули свистели над самой головой, товарищи падали один за другим. Но дед не собирался умирать, не потеряв свойственного себе оптимизма, он вспомнил слова молитвы и как начал их кричать во все горло! Зажал спрятанный в кармане крест в кулак и пошел напрямик, вон из окружения. Потом говорил, будто невидимая рука повела его через дым, выводя из самого ада. Из роты выжил только он и еще один боец, которого при смерти доставили уже после боя в госпиталь, где он скончался.

После войны волшебные слова продолжали помогать Климовым. Семья обосновалась в деревне. Много занимались собирательством, бродили по лесам в поисках грибов и ягод. Однажды осенью дядя Толя (сын Николая), будучи еще совсем мальчишкой, пошел со всеми в лес да заплутал. Как ни аукали, как ни искали, все без толку, будто сквозь землю провалился.

Бабушка по лесу бродила до темноты, насилу увели ее оттуда. Они все причитала, что в войну сберегла, а так глупо потеряла, но молитву тоже бормотала промеж всхлипов и слез. На следующий день вся деревня пошла искать, потому что мать умолила. Никто не верил, что возможно выжить в такой холод ночью в лесу малолетнему мальчишке, волки же еще… Но к вечеру он нашелся. Дивилась вся деревня. Дядя Толя потом рассказывал, что нашел медвежью берлогу, и там заночевал, забив вход хворостом. Говорил, что все время только и делал, что повторял слова молитвы. Она его и уберегла. Страшнее всего было, что медведь мог вернуться, но этого не случилось.

В очередной раз молитва доказала свою действенность, когда Анна (дочь Николая) тяжело заболела воспалением легких, врачи махнули рукой: такие не выживают. Но ее старшая сестра всю ночь напролет не отходила от ее постели, нашептывая молитву. Наутро температура упала, и Анна начала поправляться. Все тогда говорили:«Чудо».

С годами вера в силу молитвы только крепла. В девяностые, когда страну трясло в лихорадке сумасшествия, слова помогли семье удержаться на плаву. Старший сын Анны и Андрея Климовых попал в беду — он стал случайным свидетелем каких-то криминальных событий. В результате варианта было два: либо вступить в ряды бандитов, либо умереть, еще и подвергнув риску всю семью. Однажды он вернулся домой поздно, весь в крови: отобрали все, что было при нем, угрожали расправой. Отец молчал, а мать, дрожа, стала повторять заветные строки. И будто невидимая преграда встала между сыном и врагами — бандиты вскоре перестали его трогать, отвлеклись на дела посерьезнее, наверное, но было ощущение, словно по щелчку пальцев кто-то раз — и отвел их глаза.

Грянул дефолт. Климовы едва не лишились всего. Никого не спросив, Андрей вложил все сбережения в какой-то кооператив, буквально за один день деньги превратились в ненужные бумажки. Так случилось со многими, но Климовым удалось-таки купить дом, несмотря ни на что. Жить в тесной двухкомнатной квартире в хрущевке такой большой семьей было сложно. Утерянных денег было не воротить, а копили они долгие годы. Андрея никто не винил, он хотел, как лучше, а участь сбережений все равно была предрешена. Совесть мучила Андрея, и он решил во что бы то ни стало исправить ситуацию, к тому же это был его прямой долг, как отца семейства. Пока Андрей придумывал, как выйти из затруднительного положения, бабушка ввела новую традицию — перед каждым ужином всей семьей читали дедову молитву.

Чудо случилось. Вскоре после того, как Андрея поперли с завода, он нашел место в конторе, где платили валютой. За пару лет он не только вернул утраченные деньги, но и приумножил их, так что в новый дом Климовы все же переехали.

Сегодня молитва живет в устах еще одного поколения семьи. Недавно младшая внучка Мария ехала с мамой в автомобиле, и они попали в аварию. Машина была смята. Все готовились к худшему, но неустанно повторяли слова, несущие силу. Обе выжили, быстро реабилитировались, последствий никаких не было, хотя такое даром не проходит.

В этой семье никто не спорит, чудеса все это или случайности. Каждый понимает: простые слова, но сказанные от самого сердца, искренние и чистые, обретают силу. И потому молитву бережно хранят, передавая как самое дорогое наследство. В ней заключены вера, надежда и память о тех, кто прошел через испытания и выстоял.

Мария как-то спросила у бабушки: «А если я забуду слова?» Та улыбнулась: «Не забудешь. Они сами найдут тебя в сердце. Главное — верь». И, может быть, в этом и заключается сила молитвы. Не в магии, не в семейных тайнах, не в искусности перевода, не в древности рукописи, из которой она взята, а в том, что через поколения она несет уверенность — даже в самые темные времена есть свет, который нельзя погасить.

Евгения КЛИМОВА, 47 лет