Моя подружка Анжела встречалась сразу с тремя парнями, а мне отвела роль палочки-выручалочки. Мне это надоело!

Я на всякий случай нажала на звонок входной двери. А вдруг в квартире Анжела вместе с кем-нибудь из парней? Ну все! Мой трезвон и глухой бы услышал. Ну раз не открывают, значит, никого нет. Я повернула в замке ключ и опасливо заглянула в квартиру. Тишина. Вздохнув с облегчением, переступила порог и небрежно бросила брелок с ключами на тумбочку.

— Ой, — только и смогла выдавить, когда обнаружила, что ключи упали прямо в пудреницу.

Анжелка, как всегда, забыла ее закрыть, и пудра рассыпалась по всей тумбочке. Могу представить, как она разозлится. Причем виноватой буду я! Мы уже не первый год снимаем одну квартиру на двоих. Поселились вместе еще когда учились, а теперь не спешили разъезжаться.

Семьи нет ни у меня, ни у Анжелки, а одной оплачивать жилье с теперешними ценами нереально. На кухне, кроме немытой посуды, еще один сюрприз. Под стаканом лежала записка: «Я поехала кататься на мотоцикле. Угадай, с кем?! Если позвонят Миша или Саша, что-нибудь придумай. Короче, выручай, подружка!»

Вот бессовестная! Почему я должна врать ребятам? Они все мои друзья — и Миша, и Саша, и Боря, с которым, я уверена, Анжела сейчас проводит время. Надоело выгораживать подругу, ведь всему есть предел. Вот возьму и скажу, где она на самом деле… Тут как назло заверещал телефон. Наверняка кто-то из Анжелкиных парней — своих-то у меня пока нет.

— Викуся? — услышала я знакомый голос.

Точно, Мишка. Я так и знала.

— Анжелку позови, пожалуйста.

— А… а… она вышла! — нашлась я.

— Вышла? Куда? — удивился Миша.

— Э-э-э… ну… как куда… — я притворно прокашлялась. — В магазин, за хлебом.

— Чего вдруг? Она же вроде хлеб не ест.

— А я ем! — парировала в ответ.

— Передашь, что я звонил, хорошо?

Не успела переодеться, как позвонил Саша. Ругая себя за слабохарактерность, ему я тоже спела песню про поход за хлебом. Анжела явилась поздно ночью, довольная как не знаю кто. Я решила, что надо поговорить.

— Ну как, хлеб не зачерствел? — поинтересовалась язвительно.

— Какой хлеб? — оторопела Анжела.

— За которым ты пошла еще в обед!

— Мальчики звонили? — догадалась она. — Ты меня, надеюсь, прикрыла?

— Представь себе!

— Ну и хорошо! Спасибо!

— Слушай, зачем ты поехала с Борей? — в моем голосе появились обвинительные нотки. — Неужели ни капельки не стыдно?

— Стыдно? — она пожала плечами. — Подумаешь, покатались немножко.

— Где можно было ездить почти девять часов? — подозрительно спросила я.

— Да за городом, — Анжела оживилась. — Так классно! Ты просто не представляешь! Особенно на трассе — скорость сумасшедшая! Хочешь, я попрошу Борьку, чтобы он как-нибудь и тебя покатал? Тебе понравится.

— Нет уж. Ты мне и так адреналина постоянно добавляешь. И мне кажется, что одной ездой дело не закончилось!

— Конечно нет! — рассмеялась она.

— Неужели ты и с ним переспала?!

— Ага. И не жалею. Он о-о-очень сильный мужчина, — выдала Анжелка.

Я совсем растерялась.

— А как же Миша? И Саша? Какой ужас! У тебя целых трое мужчин!

— Они даже не подозревают, что я сплю с каждым из них. Вот пусть и дальше остаются в неведении. Понимаешь, Викусик, я их всех одинаково люблю…

— Это же глупо! — вставила я.

Анжела продолжала разглагольствовать, не обращая внимания на мое замечание.

— У Бори мотоцикл, чего, заметь, нет у остальных. Мишка классно танцует — с ним можно оторваться на дискотеках. Саша такой остроумный, что я умираю от смеха, когда с ним встречаюсь. И все они меня любят, — подвела она итог. Наш разговор так ничем и не закончился. Каждый остался при своем. Кроме того, я в очередной раз дала себе слово прекратить выгораживать подругу.

Но уже на следующий день она упорхнула на свидание с Мишкой, а мне пришлось отдуваться, беседуя с Борисом. Он оказался куда настырнее остальных. Сначала я сказала, что Анжела пошла за хлебом. Он перезвонил через час. Я сообщила, что она забыла купить масло и опять ушла. Но когда он перезвонил снова, уж и не знала, что соврать.

— Она прибежала очень замерзшая, — выдавила я. — И сразу — под душ.

— Так у вас же трубка переносная, — сказал Боря. — Отнеси ей в ванную.

Черт, что делать? Я быстро соображала.

— Боря, хоть мы и подруги, мне неловко стучаться к ней в ванную. Будет лучше, если ты перезвонишь чуть позже.

— Минут через . . . ! — уточнил он.

— Через сорок. — буркнула я.

Я была уверена, что ни через двадцать, ни через сорок минут Анжелы не будет, и мне опять придется выкручиваться. Почему я должна врать ребятам? Все, решено! На сей раз окончательно! Вот пусть только Боря перезвонит я ему все расскажу, хотя Анжелка мне этого и не простит. Ну и ладно, caмa виновата, нечего сразу троим голову дурить…. Но события развивались неожиданно. Словно что-то почувствовав, Анжела явилась буквально через полчаса.

— Ты почему так рано? — недовольно спросила я. — Не ожидала тебя.

— Здрасьте, — отвесила она шутливый поклон. — То поздно, то рано… Тебе, однако, не угодишь!

Когда зазвонил телефон, я поняла, что мой план по разоблачению не удался.

— Это Борис, — предупредила я, пока Анжела не успела снять трубку. — Он уже три раза звонил. Сначала ты ходила за хлебом, потом за маслом, потом была в ванной. Запомнила?

— Супер! — восхитилась Анжела и проворковала в трубку: — Борюсик? И я тебя люблю, милый.

Я скривилась: противно слушать! Всю ночь ворочалась, пытаясь придумать хоть какой-то выход из паутины лжи. К утру решение нашлось. Я варила кофе, когда на кухню выползла заспанная Анжела. Удивилась:

— Ты чего такая веселая?

— У меня скоро день рождения.

— Ага. Как будем праздновать?

— Я приготовлю что-нибудь эдакое. И приглашу только самых близких друзей… Тебя, Сашу, Мишу и Бориса.

Анжела вдруг замерла, потеряв дар речи. Кипяток полился мимо чашки.

— Осторожно, ошпаришься, — совершенно спокойно сказала я.

— Ты вообще соображаешь, что делаешь?! — завопила она. — Ты не можешь так поступить со мной!

— Посмотрим, — ответила я.

Анжела обиделась и не разговаривала целую неделю. А потом…

— Надеюсь, ты передумала? — поинтересовалась осторожно. — Ведь ты подставишь не только меня, но и их.

— С чего бы это?! — удивилась я. Анжела недовольно поджала губы.

Ну-ну, не все кошечке сметаной лакомиться. Я тянула время, до последнего ничего не говорила ребятам и уже начала думать, что мой план не удастся. Но за день до праздника Анжела призналась:

— Викуся, ты знаешь, я вот тут думала-думала…

— И что?

— И бросила всех троих. Если уж кому-то изменяешь, значит, по-настоящему не любишь. А я изменяла им всем. Вот так… Я испортила тебе день рождения, — она посмотрела с сожалением.

— Что ты! Наоборот! Я так рада, что ты наконец-то поумнела, потому что не знаю, как бы пережила этот вечер. Нервный срыв мне был бы гарантирован, — сказала с облегчением. — Умница! Уж и не ожидала от тебя…

А на день рождения я так ничего и не приготовила — мы с Анжелкой пошли в кафешку и прекрасно провели время вдвоем!

Виктория, 25 лет