Только оставшись в одиночестве, я поняла: никакие карьерные успехи не смогут сделать меня счастливой…

Поезд набирал скорость, увозя меня всё дальше и дальше от дома. Почему я так легко и быстро согласилась на эту поездку? Друзьям и знакомым я дала достаточно весомое пояснение: заказчик предложил хорошие деньги. Мне действительно пообещали неплохо заплатить за работу. Но я умолчала о том, что письмо с предложением пришло по электронной почте, и я, обычно сдержанная и осторожная, просчитывающая всевозможные варианты, не стала уточнять никаких деталей, а поспешно собралась и поехала. Практически в неизвестность.

Дело здесь совсем не в деньгах. Просто я никак не могла упустить подаренную судьбой возможность еще раз побывать в этом маленьком городке, где встретила любовь всей своей жизни.

И потеряла…

Из задумчивости меня вывела улыбчивая проводница, зашедшая в купе проверить наши билеты. Она деловито раскрыла на коленях свой планшет и принялась ловко сортировать их по мелким кармашкам.

Мои попутчики попросили проводницу принести им чаю, а я распечатала комплект белья, обернула простынкой полосатый матрас, засунула подушку в наволочку и забралась на верхнюю полку, спасаясь тем самым от общения с соседями по купе.

Я немного поерзала, удобнее устраиваясь на полке, закрыла глаза и вспомнила, как много лет назад меня, стройную и звонкую студентку первого курса, в этом же поезде, в точно таком же купе подкармливали добросердечные тетушки, заботливо приговаривая: «Кушай, деточка, а то ты такая худющая, что даже смотреть жалко!» Я тогда смеялась, не понимая, как слово «жалко» может подходить ко мне — юной, счастливой и окрыленной.

Первый раз я приехала в курортный городок, куда в данный момент вез меня поезд, после первого курса университета по путевке. Пансионат носил чудное название «Морячка», от которого сразу хотелось напевать песенку про Костю-моряка и рыбачку Соню.

Не знаю, чего я ожидала, но уже на второй день пребывания здесь условия отдыха меня совершенно разочаровали. В столовой кормили отвратительно — жидким супом, гречневой кашей с какой-то оранжевой подливой или макаронами без масла, зато с двумя кусочками жилистого мяса.

От пансионата до моря нужно было идти как минимум минут двадцать по солнцепеку. Утром еще ничего, а возвращаясь назад ближе к обеду, вполне реально было заработать солнечный удар.

Пообщаться было особо не с кем: отдыхающие практически все с детьми, а те, которые прибыли в гордом одиночестве, казались мне, восемнадцатилетней девчонке, старыми «динозаврами». Хотя на самом деле им было тогда немногим больше тридцати, ну максимум — около сорока.

Как назло, моих ровесников в тот заезд не наблюдалось, и я отчаянно скучала. Однако продлилось это недолго. В субботу на дверях столовой появилось написанное красным фломастером объявление: «В 22:00 на территории базы отдыха «Морячка» будет дискотека».

А ниже уже мелкими буковками приписано: «Вход свободный». Честно говоря, я туда пришла бы в любом случае, даже если бы вход оказался платным — ведь это хоть какое-то развлечение.

Поначалу танцевальный пятачок оккупировали дети разных возрастов. Какое-то время они резво прыгали под музыку. Постепенно родители уводили их спать, а освободившееся место занимали взрослые. Народ подтягивался, как мне показалось, со всех баз побережья. Загоревший до черноты мужчина, выполняющий функции диск-жокея, в промежутках между песнями поднимал настроение шутками-прибаутками и призывами активнее присоединяться к танцующим.

Я сидела на скамейке, притопывая в такт ногой, и умирала от желания потанцевать. Вдруг откуда-то из группы разгоряченных извивающихся тел вынырнул парень, подскочил прямо ко мне и неожиданно задорно спросил:

— Можно с тобой познакомиться?

Я ошарашенно захлопала ресницами, но моментально сообразила, что парень симпатичный, и пролепетала:

— Можно, если танцевать пригласишь. Он улыбнулся, взял меня за руку и увлек за собой на танцплощадку.

Так мы с Денисом и познакомились.

А позже, когда дискотека закончилась и музыка смолкла, мы еще долго сидели возле корпуса на лавочке и разговаривали. Для меня большой неожиданностью явилось то, что Денис оказался местным.

Раньше я пребывала в уверенности, что в таких крохотных городках, похожих на поселки, интеллигентные умные парни не могут жить в принципе. Мне Денис понравился. Но я вполне отдавала себе отчет в том, что это мимолетное знакомство скорее всего на один вечер, и обрадовалась, когда Денис пришел ко мне в пансионат на следующий день и позвал гулять по городу. Я согласилась сразу, совсем не побоявшись показаться ему доступной или слишком уж сговорчивой. Отношения у нас с Денисом были исключительно платонические вплоть до последней ночи моего пребывания в пансионате. А тогда я сама пригласила его к себе в номер…

Разволновавшись от таких воспоминаний, я спустилась с верхней полки и вышла из купе, по дороге вежливо отказавшись от предложения веселых попутчиков составить компанию.

В тамбуре возле окна было холодно.

Я снова мысленно вернулась к нашему с Денисом роману, который, как постепенно выяснилось, категорически не желал подпадать под категорию мимолетных курортных увлечений. Помню, как я плакала навзрыд, когда прощалась с Денисом. Уезжала с мыслью, что больше никогда его не увижу. Но вслед мне полетели теплые и душевные сообщения в мессенджере с признаниями в любви. Я получала их по несколько раз в день. И сразу торопливо, захлебываясь словами и эмоциями, строчила ответ.

На новогодние праздники Денис сам приехал ко мне. Потом опять были нежная переписка и разговоры по видеосвязи.

А летом уже я поехала к Денису…

Вот так урывками два-три раза в год мы встречались на протяжении пяти лет. Вплоть до того самого разговора, расставившего все точки над «i»… Вздохнув, я вернулась в свое шумное купе и, в который раз ответив отказом разделить с попутчиками трапезу, забралась на верхнюю полку.

…Это случилось в мой последний приезд, когда Денис повел меня на море встречать рассвет. Мы, обнявшись, сидели на гальке, слушали шуршание прибоя и смотрели, как небо постепенно просыпается.

— Знаешь, мне хочется сказать высокопарную банальщину, — вдруг усмехнулся уголками губ Денис.

— Так скажи, — попросила я.

— Боюсь, что это прозвучит немного глупо, — предостерег он.

— Всё равно скажи! — настаивала я.

— Ладно. — Он набрал побольше воздуха и произнес: — Танюша, ты как вот это солнышко озарила и согрела всю мою жизнь…

— Действительно, — нежно улыбнулась я, — но мне приятно это слышать.

— Танюшка, когда ты уже переедешь ко мне насовсем? — внезапно спросил он.

— В каком смысле? — От удивления я даже немного отстранилась.

Раньше о будущем, а уж тем более — совместном, Денис не говорил.

— Я просто ждал, пока ты свой институт закончишь, — протянул он. — Поэтому и помалкивал. Но теперь-то тебя в городе ничего не держит, и ты можешь смело переезжать ко мне.

— Денис, как ты себе это вообще представляешь? — растерялась я.

— Элементарно, Ватсон, — ответил он хриплым голосом актера Ливанова. — Упаковываешь свои вещи, садишься в поезд — и утром ты уже у меня.

— И что я здесь буду делать? — спросила я. — Чем заниматься?

Теперь Денис нахмурился.

— А что ты хочешь? — переспросил он.

— Работать по своей специальности, — ответила я. — Я, между прочим, дизайнер-оформитель.

— Ну и замечательно. Разрешаю переделать всё в моем доме в соответствии с твоим изысканным дизайнерским вкусом. Тебе какой стиль нравится?

— Хай-тек, — серьезно сказала я и добавила: — Знаешь, свой дом — это, конечно, замечательно, но вообще-то я планировала карьеру сделать.

— А хай-тек — это как? Уточни, пожалуйста, — попросил Денис, игнорируя мои слова насчет построения карьеры.

— Это обилие света, компактность и функциональность. В основном — металл и стекло, — машинально отчеканила я. — Денис, пойми, я не для того училась, чтобы дома сидеть.

— Да не будешь ты дома сидеть, — возразил он. — И вообще, ты чего сразу возмущаешься? Просто пока займешься нашим жилищем. А со временем что-то другое подвернется. Я обязательно что-нибудь придумаю.

— Что значит «подвернется»?! — Я сердито вскочила на ноги. — Здесь нет для меня работы! И ты это прекрасно понимаешь, но не хочешь признать. Или предлагаешь мне местные гастрономы в стиле хай-тек оформлять?

— Таня, ну чего ты злишься? Ты не хочешь сюда переезжать? Не хочешь выходить за меня замуж? — все еще улыбаясь, уточнил Денис.

— Замуж хочу, — ответила я, — только здесь жить не буду. Лучше переезжай ты ко мне в город.

— Пойми, здесь у меня свой дом, доставшийся в наследство, а у тебя в городе всего лишь съемная квартира.

— Ну и что? — упрямилась я. — Зато в городе возможностей больше!

Нам не удалось достичь компромисса — каждый остался при своем мнении. На прощание Денис сказал, что будет меня ждать сколько нужно, и что, если я передумаю, он только обрадуется.

Но я пребывала в уверенности, что в городе меня ждет блестящее будущее, и жить в этом забытом богом местечке категорически не собиралась.

К сожалению, со временем выяснилось, что строить карьеру не так легко, как мне казалось. Я устроилась в одну фирму, потом в другую. Довольно быстро убедилась, что работа в офисе не для меня. Творить из-под палки не получалось. Поэтому я в основном занималась выполнением интересных заказов, которые периодически подбрасывали мне друзья. Но приехать к Денису и признаться в своем поражении не позволяла глупая гордость. Постепенно воспоминания угасали, и под мерный стук колес я уснула.

На вокзале, где за прошедшие пять лет практически ничего не изменилось, меня встретил водитель и на иномарке отвез в пансионат. В небольшом кабинете уже ждала администратор, немолодая женщина с волосами, уложенными в высокую прическу.

— Вы — Татьяна? — спросила она. — Скоро должен подъехать директор. Присаживайтесь. Кофе, чай?

Нет, спасибо, — отказалась я. — А может, я пока пансионат посмотрю? Насколько я понимаю, вы ведь именно его переделать хотите?

— Это не в моей компетенции, — ответила администратор. — Вам лучше подождать директора.

— Да-да, конечно…

Я встала и подошла к большому окну. Примерно в двадцати метрах отсюда ласково плескалось море.

«А ведь Денис где-то совсем недалеко. Может быть, даже на этом пляже», — поймала я вдруг себя на мысли.

Я услышала, как открылась дверь за моей спиной и низкий, до боли знакомый голос произнес: «Доброе утро».

— Здравствуйте, Денис Александрович! — пропела администратор.

Уже догадавшись, что происходит, но всё еще отказываясь в это верить, я резко обернулась и… увидела Дениса. Он очень изменился. Сильно похудел. Поменял прическу. Но это был мой любимый Денис.

— Здравствуйте, Татьяна, — спокойно произнес он, открывая вторую дверь и делая приглашающий жест.

Я молча последовала за ним.

И только когда мы оказались наедине, он повернул ко мне смеющееся лицо и лукаво подмигнул.

— Что, не ожидала?

Ноги не держали меня. Я прислонилась спиной к стене и закрыла глаза.

— Танюша, ты что?! — подскочил ко мне Денис. — Тебе плохо, да?

— Хорошо, — слабо улыбнулась я. -Только как-то это всё неожиданно.

— Та-а-нька… — протянул Денис, убирая с моего лба непослушные пряди волос. — Я так соскучился по тебе!

— Я тоже, — сказала я, всхлипнув.

— Ну вот, мне только мокрого дела не хватало здесь, — пошутил он.

— А ты… Почему ты не писал?

— Потому что мне нечего было предложить, — пожал плечами Денис. — Тебе же, кроме меня, нужна работа, карьера. Зато теперь у меня есть пансионат. Переделывай сколько угодно в своем любимом стиле. Хоть металл, хоть стекло. И друзей у меня полно, которые по всему побережью отели открыли. Без работы не останешься. Так как? Все-таки переедешь ко мне?

Я молчала, собираясь с мыслями.

— Или я… опоздал? У тебя кто-то есть?

— Нет, — ответила я. — Знаешь, за эти годы я поняла одну важную вещь…

— Какую? — напрягся он.

— Что ты мне гораздо дороже любого хай-тека, — призналась я.

Татьяна