Конечно, это хорошо, когда о тебе заботятся и делают подарки даже без повода. Но иногда они бывают странные…

С недавних пор моя непредсказуемая в поступках свекровь нашла для себя новое хобби — начала коллекционировать статуэтки. Причем культовые, а именно — керамические фигурки буддийских монахов. Эльвира Эрнестовна выискивала их по всему городу, безумно радуясь каждому новому экземпляру в своей коллекции.

Однажды в субботу она с утра пораньше заявилась ко мне похвастаться новым приобретением.

— Алиночка, детка, прости за неожиданный визит, но мне хочется поделиться с тобой радостью. У меня вчера был очень удачный день! Посмотри, какую прелесть я откопала, — она торжественно протянула мне фигурку очередного глиняного монаха, потом, покачав головой, многозначительно дополнила:

— Правда, пришлось выложить за это чудо почти половину своей пенсии, но я ничуть не жалею. Ни капельки! Согласись, прекрасная работа! Когда я гляжу на него, меня охватывает странное чувство. Какой-то волнующий трепет… Потрясающе! Хотя что я тебе буду рассказывать… Возьми его в руки — и сама убедишься, что это необычная вещь. Бери, не бойся!

Согласно кивнув, я осторожно приняла из ее рук статуэтку. Да уж, там было от чего впасть в трепет. Вернее, содрогнуться. Постарался мастер, ничего не скажешь. Не знаю, кто ему в этот период жизни так насолил, но выражение лица у его монаха было просто зверское. У меня даже рука дрогнула. Этот факт не ускользнул от бдительного ока сидящей рядом Эльвиры Эрнестовны.

— Ах! Осторожно! — ловко подхватывая падающую статуэтку, испуганно закричала она. Потом с нежностью погладила спасенную фигурку и благоговейно вздохнула: — Вот видишь, он и у тебя вызывает сильные эмоции. — Немного подумав, радостно добавила: — А знаешь, Алинушка, у меня есть предложение…

— Какое? — насторожилась я.

— Давай оставим его здесь.

А что?! — Свекровь уставилась на меня сияющими от осознания собственной щедрости глазами. -Пусть приносит вам с Егором удачу! Я убеждена, в нем заключена могущественная сила. Как ты на это смотришь? Я на мгновение задумалась. Вообще-то этот глиняный урод совершенно не подходил к моему продуманному до мелочей интерьеру. Ну просто никак не подходил, никаким макаром! Свекровь восприняла мое замешательство по-своему:

— Можешь не благодарить! Ты же знаешь, детка, для вас с Егорушкой мне ничего не жалко! Абсолютно!

— Нет, нет и нет! — отпрянув в сторону, испуганно замахала я руками. — Этого подарка я принять не могу!.. Дарить такие дорогие вещи без всякого повода… Ни за что!

— Милочка, что за глупая щепетильность? — настойчиво всовывая мне в руки статуэтку, тоненько закричала свекровь. — Мы родные люди, какие могут быть счеты! Бери и не думай! Иначе я обижусь! Слышишь? Смертельно обижусь, так и знай!

Я не слишком умею притворяться, поэтому от бессильной злости у меня к глазам даже слезы подступили. Эльвира Эрнестовна приняла их за слезы радости. Приложив к губам кружевной платочек, всхлипнула:

— Алиночка, я так рада. У тебя просто удивительная душа. Добрая, сентиментальная… Повезло моему Егорушке! Вернувшись с рыбалки, Егор застал меня в расстроенных чувствах. Обладая отличной интуицией, сразу догадался, в чем дело:

— Что, маман в гости приезжала?

— Ага. Приезжала, — усилием воли подавив вздох, ответила я. — С полчаса как уехала.

— Понятно. И что рассказывала? — муж неуклюже запрыгал на правой ноге, пытаясь освободить левую, которая застряла в штанине.

Не удержавшись, я все-таки позволила себе вздохнуть. Глубоко и значительно. Почти трагично.

— Да вот… Подарок нам с тобой привезла.

— Подарок? — удивился он. — Надо же! Чего это вдруг? Вроде у нас с тобой никакого торжества не намечается. Или я ошибаюсь? — на его лице отразилось некоторое беспокойство, потому как забывать знаменательные для нашего семейства даты ему уже случалось.

— Не ошибаешься, не волнуйся, — я грустно махнула рукой. — Она просто так подарила. Без всякой причины.

— Без причины? — Егор наконец высвободил застрявшую ногу и, отбросив джинсы на стул, присел рядышком со мной. — Оба-на… Дела-а… С чего вдруг у нее такой приступ щедрости? — он покрутил головой в поисках подарка. — И что отвалила? Я махнула рукой в сторону стеклянной витрины:

— Как что? Очередной шедевр из своей коллекции. На самое видное место водрузила. Вот он стоит. Правда, красавчик? Любуйся! Взглянув на мамулин подарок, Егор с отвращением поморщился:

— Ужас! Редкое страшилище. — Внимательнее вглядевшись в мрачное лицо статуэтки, передернул плечами: — Бр-р-р, просто не монах, а какой-то маньяк-убийца. Отвратительнейшая рожа. Даже мороз по коже продирает!

— Вот и я о том же, — печально вздохнула я. — Где она его только откопала? Слушай, может, лучше его в кладовку спрятать?

— Как хочешь, — Егор равнодушно пожал плечами.

— Да я-то хочу… — жалобно заныла. — Но боюсь, что твоя мама обидится. Она ведь нам его на удачу подарила. Говорит, что чувствует в нем какую-то магическую силу.

— Глупости все это! — отмахнулся муж. — Это у нее на старости лет мозги поехали. Помешалась на всякой белиберде. Так что не заморачивайся. Убирай, и дело с концом! Не знаю, что в нем мистического, но меня от него воротит!

— Хорошо, — кивнула, обрадовавшись. — Только перед ее приходом этого болвана нужно обязательно ставить на место. А то как пить дать обидится. Во-первых, она за него кучу денег отдала. А во-вторых, дарила от души. Даже плакала. А я…

— Ладно, понял, — рассмеялся муж, — постараемся держать этого монаха на контроле… Поначалу все шло гладко. То есть во время визитов свекрови статуэтка монаха водворялась на полку, а как только свекровь уходила, снова запиралась в кладовой.

Но однажды Эльвира Эрнестовна снова явилась без предупреждения. Зоркий глаз мгновенно высмотрел отсутствие любимого экспоната.

— Где?! — тыча пальцем на традиционное место своего идола, грозно поинтересовалась свекровь. У меня похолодела спина.

— А-а-а… Э-э-э…. — ища поддержки, я в отчаянии посмотрела на мужа. Егор мужественно решил взять удар на себя. Не станет же мать пилить любимое детище из -за какого-то дурацкого глиняного болвана!

— Мам, не сердись. Алина тут ни при чем. Это я… разбил…

— Ты? Разбил? Мой подарок?! — лицо свекрови жалобно скривилось, губы задрожали. Глядя на нее, мне стало стыдно. Ну вот, ни за что ни про что обидели человека!

Всхлипнув, я осторожно погладила Эльвиру Эрнестовну по руке:

— Мамочка, не расстраивайтесь, мы с Егором обязательно достанем точно такую же статуэтку. Обещаем… Хорошо?

— Ладно, ничего страшного, — Эльвира Эрнестовна растроганно улыбнулась. — Будем считать, что она разбилась на счастье. Ведь это не зеркало, верно?

— Конечно! — повеселев, синхронно закивали мы с Егором. Однако мы недолго радовались. На мой день рождения нас с мужем ожидал новый сюрприз — свекровь подарила мне другого монаха. Только в полтора раза больше, но с таким же отвратным лицом. Так что теперь в нашем доме живут целых два монстра. Да-а-а, все-таки что ни говори, а свекровь не обманешь!

Алина