Кладбище — место упокоения усопших. Но когда стемнеет, живой человек не чувствует там себя спокойно…

В один день молодые люди, парни и девушки, собрались, по приглашению своего приятеля, в доме его отца. Дом, выложенный из кирпича, двухэтажный, со многими комнатами, стоял на краю большого поселения. Отец их приятеля, Артура, был большой шишкой.

Молодежь запаслась продуктами и выпивкой, собираясь широко погулять. Вначале осмотрели окрестности. Недалеко от дома на большом косогоре за железной оградой находилось кладбище. Оно занимало довольно большую площадь, внизу косогора его ограничивала река.

Территория кладбища вся была в березах и соснах, так что издали казалось, что это просто большой лес. Молодежь заглянула и туда, а потом с шутками и смехом вернулась в дом.

Когда настал вечер, ребята и девчата устали веселиться, расселись по креслам и пуфикам и стали рассказывать друг другу всяческие необычные истории. Зашел разговор и о том, что ночью на кладбище мертвецы встают из могил и пугают припозднившихся там живых. Валера, образованный в литературном плане парень, вспомнил книгу «Навьи чары» писателя и поэта Федора Сологуба, приводя примеры влияния на человека потусторонних, демонических сил.

— Все это чепуха и выдумки, — уверенно бросила Наташа, девушка серьезная, продвинутая в математике и физике. — Ничего страшного ночью на кладбище я не вижу.

— Ты только говорить горазда, а ты пойди и докажи, что не боишься, — подлил масла в огонь Костя.

— И пойду, — сказала Наташа, вставая. — Кто со мной? Желающих не нашлось, кроме Володи, которому Наташа нравилась. Договорились, что все проводят парочку до входа на кладбище, чтобы не было сомнений, что ребята не передумают и не свернут в сторону.

Так и сделали. Наташа и Володя, помахав руками провожающим, шагнули в кладбищенские ворота, а компания, немного выждав, направилась к дому… Ночь была тихая, луна ярко светила, и лучи ее, пробиваясь сквозь кроны кладбищенского леса, окрашивали все вокруг в мертвящий голубовато-зеленоватый цвет. Парочка двигалась между оградками могил осторожно, с опаской: все окружающее и вправду представлялось нереальным, пугающим.

Начали спускаться по косогору, что-то в стороне скрипнуло, и оба вздрогнули. В кустах что-то зашуршало и послышалось хлопанье птичьих крыльев, но самой птицы они не увидели. И сами не заметили, как крепко сцепили руки, как бы ища друг у друга поддержку.

— Обстановка здесь мрачная, потому и давит на психику, — сказала Наташа, и было видно, что ей, как и Володе, не по себе.

Они уже удалились от входа и не понимали в какой он стороне. Володя почувствовал, что ему необходимо сходить по маленькой надобности, и сказал:

— Наташ, я отойду, подожди немного, я быстро.

В этом месте косогор обладал большей крутизной. Володя, спускаясь, споткнулся о кочку и, чтобы не упасть, затрусил ногами. Но тут земля ушла у него из-под ног, и он скатился на дно небольшого овражка. В глазах потемнело и он увидел как бы во сне, как из-под земли среди крестов проросла синюшная рука и зашевелила пальцами.

Ему показалось, что кто-то давит на него и ему трудно дышать. Закричав (как ему показалось), он открыл глаза. Очнувшись, ошалело посмотрел по сторонам: кругом в овраге тихо и дно ярко освещает луна. Немного успокоившись, он отряхнулся и крикнул, стараясь казаться бодрым, но голос его дрожал:

— Наташа, я иду, ты где?

Ответа не было. Он крикнул еще раз. Безрезультатно. Разволновавшись, начал быстро подниматься вверх. Не без труда нашел то место, где расстался с Наташей. Ему казалось, что отсутствовал он минут пять, не больше. Опять позвал ее.

— Ушла твоя подружка домой, — услышал в ответ скрипучий голос. Оглянулся. Невдалеке у дерева стоял сгорбленный старичок в старом пальтишке и вязаной шапочке, какой-то расплывчатый, зыбкий, словно его окутывал легкий туман.

— Что ж она меня не подождала? — удивился Володя.

— Да звала тебя, ждала, с полчасика ждала, — услышал он в ответ.

— Как так, я же быстро вернулся? — озадачился Володя.

— Кхе-кхе-кхе, а вот так, — покашляв, проскрипел старичок.

— А ты кто, дедушка, и чего здесь делаешь, ты сторож?

— Тебе, сынок, лучше этого не знать. Поторопись-ка домой, тебя заждались.

— А в какой стороне выход?

— Иди вот по этой тропке, — указал он рукой, — когда упрешься в оградку, сверни налево.

— А скажите… — начал Володя, посмотрев в указанную сторону, и вновь повернувшись к старичку. Но его нигде не было, как в воду канул.

Пожав плечами — раздумывать было некогда — Володя заторопился по тропке, у оградки свернул влево и наконец нашел выход из этого странного, загадочного ночного кладбища. Когда вошел в светящийся всеми окнами дом, компания облегченно вздохнула. Наташа тоже была там и набросилась на вошедшего:

— Куда ты пропал! Я тебя звала, ждала. Ты что, специально решил меня напугать или заблудился?

— Да я отсутствовал-то совсем немного, — сделал попытку оправдаться провинившийся кавалер.

— Ничего себе немного. Я, наверно, с полчаса ходила туда-сюда, продрогла. Хорошо, странный старичок помог не заплутаться.

— И ты видела старичка! — воскликнул Володя, уже начавший сомневаться, что старичок был на самом деле.

— Как, и ты видел? — в свою очередь удивилась Наташа.

По ее рассказу, когда она, испуганная и рассерженная, ждала Володю, откуда ни возьмись появился этот старичок и двигался он как-то легко, воздушно, будто не касался земли ногами. Но Наташа решила, что ей просто показалось это. Он довел ее до тупиковой оградки и потом указал: «Иди вон туда и дойдешь до выхода». Наташа попросила его довести ее до ворот, оглянулась, а старичок исчез, словно испарился.

— Получается, он спас вас от мертвецов, встающих из могил, — попытался сострить все тот же нарушитель спокойствия Костя. Никто не поддержал его, всем было не до насмешек. Все сидели тихие, присмиревшие. Было видно, что они верят и не верят всему рассказанному, но настроение посетивших ночное кладбище передалось им и повлияло угнетающе.

— Наука отрицает потусторонние силы, — задумчиво произнесла Наташа, — но этот старичок, он как будто бы не отсюда. Тогда кто он и откуда? Так неожиданно появляться и испаряться не может обычный человек. Володя с ней согласился, но о том, что ему почудилось в овраге, умолчал. Не поверят ведь и засмеют. Помолчав с минуту, Наташа призналась:

— Я не буду утверждать, есть ли загробная жизнь или нет, но я бы ни за что не хотела еще раз оказаться ночью на кладбище.

Максим