Заниматься магией было страшновато, однако я на это все же решилась.

Уж очень хотелось показать Аркаше, где раки зимуют!

Оторвавшись от книги, я взглянула на часы. Ну вот, уже и восемь, а от этого деспота никаких вестей… Не успела закончить мысль, как раздался телефонный звонок.

Несмотря на нетерпение, с ответом не торопилась. Пусть Аркашка не думает, что я сижу в ожидании. Пусть наслушается длинных гудков, понервничает… Пока я так рассуждала, звонки прекратились, зато послышался зуммер мобильника. Взглянув на высветившееся на табло имя, я нажала кнопку приема.

— Привет, Аллусик! Хоть ты меня не забываешь в такой день!

— Не поняла юмора! — озадачилась подруга. — А что, Аркадий разве не у тебя?

— He-а. А главное, на звонки не отвечает. Я уже и в офис звонила, и домой. Глухо.

— Позвони на мобильный.

— Бесполезно. Он его вчера в окно вышвырнул, когда меня с работы подвозил. Назло мне, представляешь? Я ему сказала, что при его бабках стыдно ходить с таким допотопным телефоном, а он вдруг распсиховался и — фьють… — я выразительно присвистнула.

— Перестань свистеть, денег не будет!

— Да их так и так нет, — вздохнула я. — Ни денег, ни любимого. Полный абзац!

— У Парки тоже, — невесело усмехнулась она. — Поэтому мы решили собраться на девичник. Ты как?

— Всегда за! А где встречаемся?

— У меня, конечно! Магией займемся.

— Магией? Ой! С ума сошли, что ли?!

— А что такого? В наше время красотой да умом мужика не заарканишь. Для этого нужно или стервой быть, или ведьмой.

— Так уж и ведьмой?

— Именно. Кстати, не забудь принести что-то из подарков Аркашки. Духи и бижутерия исключаются, подходит только то, что можно будет сжечь.

— Сжечь?! — испугалась я; — Зачем?

— Потом объясню, а пока собирайся, потому что колдовать будем ровно в полночь, а нам еще нужно подготовиться. Ну, и выпить для храбрости. В общем, устроим небольшой шабаш. Успеешь?

— К половине десятого буду как штык! Отключив трубку, я отправилась наводить марафет. Натянув на себя облегающее короткое платье для коктейля, подошла к зеркалу. Разве не хороша? Да от одного только взгляда мужики должны получать тепловой удар!

А между тем мне еще ни разу не приходилось отваживать навязчивых поклонников. И никто из них не твердил мне о своей неземной любви и вообще долго в моей жизни не задерживался. Вот и Аркадий тоже неожиданно исчез, хотя вчерашняя ссора, в сущности, была пустячной. А он мне бойкот устроил, это нормально?! Впрочем, к черту его!

Набросив дубленку, я подхватила стоявший на тумбе у вешалки пакет с приготовленным реквизитом и помчалась к подруге. На душе было слегка тревожно: все-таки страшновато, когда тебя посвящают в колдуньи…

Открыв дверь, Алла обрадовалась:

— Классно выглядишь!

— Ты тоже очаровашка, — рассмеялась в ответ.

— Я что… — отмахнулась подружка. — Посмотришь, как Лариска расфуфырилась. Такая «красавэла»!

— Не «красавэла», а «королэва», — снисходительно заметила вплывающая в прихожую Лариска.

Я застыла в изумлении. Не узнать. Декольте, мини, чулки в сеточку, шпильки… Короче, полный отпад!

Решила сделать подруге комплимент:

— Вот за кого должны драться настоящие боксеры!

— Да мой Никита тоже вроде не хилый парень, — усмехнулась Лариска.

— Угу, — хмыкнула я. — Вот если бы ты его еще и в узде держать могла.

— Характер не тот, — с сожалением вздохнула подруга. — Впрочем, Алла обещала, что с сегодняшнего дня в нашей жизни все изменится.

— Кардинально, — пообещала Алла, бесцеремонно шлепнув меня по спине. — Проходи, подруга, мы с Лариской уже вино открыли. Не какой-то там кисляк, а настоящее французское. Шестьсот рублей бутылка!

— Ого! — округлила я глаза. — Зачем же такое дорогущее?!

— Так мы же не просто гульнуть хотим, — пожала плечами подруга. — Мы на другой уровень выходить собираемся. Значит, нужно, чтобы все было достойно.

— Ну не до такой же степени!

— Вечно ты всем недовольна! — огрызнулась Лариска.

Вздернув носик, она продефилировала мимо меня в комнату, царственно опустилась в кресло, скрестила обтянутые сетчатыми чулками ножки. Дождавшись,- когда мы с Алкой займем свои места, подняла бокал:

— Ну-с, девочки, выпьем за то, чтобы роскошь стала для нас нормой!

— Просто отличный тост! — похвалила Аллуся.

Я сделала небольшой глоток. Вино как вино, рислинг ничуть не хуже. А стоит раз в десять дешевле.

— Ты чего скривилась? — локтем подтолкнула меня Аллуся. — Вино не нравится?

— Замечательное вино, — деликатно ответила я. — Спасибо…

— То-то. Сейчас еще по одному фужерчику выпьем и перейдем к тому, ради чего, собственно, и собрались.

— Ой, — передернула плечами я. — Не знаю, как вам, девочки, а мне страшно!

— Брось! — отмахнулась Алка. — Мы же не духов вызывать собираемся, а всего лишь сжечь все то, что связывало нас с прошлыми неудачами в любви. И как только развеем на перекрестке пепел…

— Обязательно на перекрестке? — нахмурившись, уточнила я.

— Обязательно! Не перебивай! Так вот, как только мы развеем пепел, то сразу перевоплотимся в женщин-вамп — сильных, ярких, успешных…

— Как интересно! — захлопала в ладоши Лариска. — Вернее, здорово. Аллуся, давай поскорее начинать.

— А что, тебе уже не терпится превратиться в женщину-вамп?

— Конечно, — весело кивнула Ларка. — Кстати, помнишь, какая я была, когда приехала поступать в институт?

— Пухленькая, в скромном платьице до колен, волосы собраны в пучок. Я сразу определила, что ты из села.

— А теперь бы определила?

— Нет, конечно! Теперь ты, Ларик, у нас девочка экстра-класса!

— Не совсем… — она запнулась. — А знаете, что было для меня самым сложным?

— Не знаем, — синхронно покачали головами мы с Алкой. — И что?

— На шпильках научиться ходить, вот что! У нас же в селе я вообще их никогда не носила. Некуда и дороги дрянь.

— Да ты и похудела очень сильно! — похвалила я. — Молодец, Ларка! Однако мы снова отвлеклись, а между тем время уже близится к полуночи. Может, начнем готовиться к колдовству?

— Одну минутку, — поднявшись из-за стола, Аллуся сбегала на кухню и принесла большой мельхиоровый поднос. Покрутив в руках, поставила на середину стола. — Вот на нем мы будем сжигать все то, что вы принесли. Ну, выкладывайте.

— Да у меня, собственно, и выкладывать особо нечего, — покраснела я.

— Показывай, — приказала Аллочка.

Я принялась выкладывать из пакета некогда дорогие мне вещи.

— Это медвежонок. Мой первый парень подарил… Еще в школе. А это его фото.

— Покажи, — потянулась ко мне Лариска. Взглянув на снимок, хихикнула: — Слушай, да он и сам на медвежонка похож. Такой толстенький, смешной…

— Точно, похож, — закивала я. — Кстати, его Михаилом звали.

— Правда?! — Лариска с Алкой залились смехом. — Будем считать, что мы его самого на костре сжигаем. Как еретика, за то, что предал свою первую любовь. Ведь это он тебя бросил, да?

— Да он не бросил, просто в армию ушел служить, а когда вернулся, я уже встречалась с другим парнем. Такие дела…

— Все равно в костер! — отмахнулась Лариска. — Давай дальше, что там еще? Немного помедлив, я положила на поднос расписную деревянную шкатулочку. За ней последовала полупрозрачная ночная сорочка и стринги.

— Белье тоже будем сжигать? — удивленно спросила Лариска.

— Нет, ни в коем случае, — покачала головой Алка. — Синтетика слишком хорошо горит, еще пожар устроим, не дай бог.

— Значит, я могу это забрать домой?

— Выбросишь в мусоропровод, — буркнула подруга. — Давай дальше.

— Так больше ничего нет.

— У меня тоже проблема, — озабоченно хмыкнула Аллуся. — Не стану же я сжигать брюшки и машину. Ладно, теперь очередь Лариски.

— Да у меня, девочки, в общем-то, тоже негусто, — покраснела та. — Мне ведь в основном духи и косметику дарили. — Давай, что есть.

— Ладно. — Лариска вытащила стопку фотографий и открыток, положила их на поднос и развела руками. — Это все…

— Ох-хо-хо, — печально покачала головой Алка, — и мы еще удивляемся, что удача поворачивается к нам задом. Да с такими мужиками… — досадливо махнув рукой, она потянулась за зажигалкой.

Сначала зажгла свечи, затем подошла к выключателю и погасила свет. Вернувшись к столу, приказала нам с Лариской молчать, а сама стала поджигать лежащие на подносе предметы, бормоча заклинания. Когда пламя разгорелось, достала из мешочка травку и посыпала на огонь. По комнате распространился запах лаванды.

— Лаванда поможет обрести уверенность в достижении цели, — поймав мой взгляд, пояснила подруга. Затем бросила в огонь щепотку какой-то другой травы. — А это базилик. Он принесет нам счастье. Ну, а теперь самое главное…

— Что?! — в один голос спросили мы.

— Любисток, — пояснила подруга. — Лучшее приворотное средство, какое только может быть. Уж теперь-то от мужиков отбоя не будет.

— Ты в этом уверена? — усомнилась я.

— На сто процентов! Я же проконсультировалась с компетентными людьми.

— Тогда ладно, — кивнула я. Посмотрев на поднос, поморщилась. — Алла, давай потушим наш костер, а то дым глаза ест.

— Здрасте-пожалуйста! — рассердилась Алка. — Нам же пепел нужно рассеять по ветру. Понимаешь? Пепел! А не обгоревшие остатки разбрасывать.

— Ну, тогда давай хоть балкон откроем, что ли… Ой! — Я сильно закашлялась. — Мамочки! Кажется, у меня начинается отравление угарным газом.

— Каким газом, Кира?! — возмущенно посмотрела на меня подруга. — От чего?

— От горения шкатулки, — подавляя кашель, с трудом просипела я. — Аркашка говорит, что она каким-то особым лаком покрыта. Суперстойким.

— Это опасно! — заключила Ларка. — Да и медведь как-то подозрительно горит. Слышите запах? Такое впечатление, что он набит какой-то травкой.

— Да это же базилик с лавандой! — отмахнулась я, потом прохрипела: — Девочки, кажется, у меня тушь потекла. Печет ужасно. Я в ванную.

— Дезертируешь? — насмешливо спросила подруга. — Ну-ну. А вот мы с Лариской пойдем до конца.

— Искренне желаю удачи!

Зажав нос, я кинулась в ванную. Откашлявшись, вытерла размазавшуюся тушь. Вздохнула. Чушь все это. Чушь и ерунда! Разве может развеянный пепел изменить жизнь человека? Да никогда!

Сделав такой вывод, я отправилась обратно к подругам. Они как раз потушили огонь и теперь проветривали комнату.

— Пошли на кухню, — предложила я. — Допьем эту кислятину и — по домам. Не знаю, как вы, девчонки, а я от этих шаманских штучек порядком подустала.

— Не только ты, — зевая, призналась Ларка. — Я тоже спать хочу. Поэтому давайте не станем тащиться на перекресток, а развеем пепел прямо с балкона.

— Давайте, — согласилась я, потом вопросительно посмотрела на Аллу: — Надеюсь, ты не станешь настаивать, чтобы все было строго по ритуалу?

— Дело хозяйское! — обиженно пожала плечами подруга. — Только учтите, в этом случае может ничего не получиться.

— Посмотрим! — покачала я головой. Затем взяла со стола поднос и понесла на балкон. Алка с Лариской послушно поплелись следом.

Каждая из нас взяла по горсточке пепла и со словами «Горести-печали — по ветру!» выбросила его за перила.

Затем Алла приняла поднос и стряхнула вниз остатки пепла. Вероятно, сделала это слишком резко — поднос вырвался из рук и полетел вниз, но вместо характерного удара металла об асфальт послышался мужской вскрик. Мы оцепенели. Первой опомнилась Алка:

— Боже! Кажется, я кого-то убила!

— Вряд ли, — шепотом возразила я. — Поднос легкий. К тому же нормальные люди ходят зимой в шапках.

— А если он просто вышел покурить? — продолжала нервничать Аллуся.

— Тогда сам виноват! — констатировала Лариска. — Ведь медики постоянно твердят, что курить и ходить в холод без головного убора опасно.

— Конечно, но не до такой же степени! — угрюмо возразила я.

Пока думали, что делать, раздался настойчивый звонок в дверь. Переглянувшись, мы с подругами суеверно перекрестились и отправились открывать… Происшествие закончилось довольно весело. Мужчина, на которого свалился злополучный поднос, практически не пострадал (если не принимать во внимание перепачканное сажей лицо). Когда Аллочка его умыла, он оказался довольно симпатичным. В общем, гость остался допивать французское вино, а мы с Ларкой отправились восвояси.

Домой я добралась только в начале второго и была крайне удивлена, обнаружив под своей дверью… спящего Аркашку с огромным плюшевым зайцем в руках. Присев рядом, погладила по щеке:

— Эй! Не спи, замерзнешь!

— Зайка, — сонно пробормотал он. — А у меня машина сломалась за городом… И мобилки не было. Представляешь?

— Представляю, — рассмеялась я. — Но ты же вернулся. Это я наколдовала!

Кира, 31 год