Я буквально из кожи вон лезла чтобы понравиться будущей свекрови, но мне это не удалось…

Мы познакомились с Максом на дне рождения подруги. А уже через месяц я не представляла, как раньше могла существовать без него. Максим был красивым, нежадным, образованным. У него за спиной было два высших образования (правда неоконченных). Разочаровавшись в педагогике и экономике, он теперь учился на юридическом факультете. Я жила отдельно от родителей (от бабушки досталась однокомнатная квартира в центре города), поэтому Макс почти переселился ко мне. Почти, потому что на всю ночь оставался крайне редко. Уходя вечером, оправдывался:

— Мама ждет. Если не приду, будет сильно волноваться.

С одной стороны, я не понимала, почему тридцатилетний мужик должен, как подросток, бежать домой, когда можно просто позвонить и предупредить, что не придет ночевать. С другой стороны, его отношение к матери внушало уважение: есть шанс, что в будущем будет так же внимателен к жене и детям.

Наконец, спустя три месяца после нашего знакомства. Макс сообщил, что его мама приглашает меня в гости.

— Вообше-то она не любит, когда я привожу в дом девушек, но ты — другое дело, — признался. — Я ей о тебе столько хорошего рассказывал…

Можете представить, с каким нетерпением и страхом я ждала знакомства с потенциальной свекровью. Макс меня успокаивал:

— Не переживай. Мама — необыкновенная женщина!

На следующий день я убедилась, что доля правды в его словах есть. Раиса Александровна действительно оказалась незаурядной женщиной. Ей было уже шестьдесят, но выглядела прекрасно: подтянутая, со стильной стрижкой.

— Максим упоминал о тебе, — сказала она, ответив на мое приветствие. — Говорил, что ты его новая любовь… Раиса Александровна сделала акцент на слове «новая», словно хотела подчеркнуть. что я хоть и любовь ее сына, но далеко не последняя. Так, временное увлечение…

В течение вечера я из кожи вон лезла, чтобы понравиться матери любимого: помогала накрывать на стол, нахваливала интерьер дома и приготовленные ею блюда, после ужина вызвалась помыть посуду. Жаль, не догадалась закрыть за собой дверь в кухню и стала невольной свидетельницей разговора Максима и его мамаши.

— Как тебе Настя? — спросил Макс.

— Милая девушка, — ответила Раиса Александровна.

Но не успела я порадоваться лестной оценке, как она добавила:

— Правда, внешность так себе, заурядная, да и умом особо не блещет. Впервые в жизни я пожалела, что природа одарила меня хорошим слухом. Так обидно стало! Ещё хуже было то, что Максим даже не попытался сказать что-нибудь в мою защиту.

В течение следующих недель я не раз пожалела, что Макс не сирота. Когда мы были вдвоем, я чувствовала себя красивой, любимой, желанной, но стоило переступить порог дома его мамочки, меня тут же спускали с небес на землю. У Раисы Александровны не было ни малейших сомнений, что наиважнейшей в жизни ее сына была, есть и будет именно она. В июле мы с Максом решили вместе отдохнуть на юге. Уже и билеты были куплены, и вещи в чемоданы уложены… А за три дня до отъезда Максим поделился нашими планами с мамашей. и… на следующий день она внезапно заболела. Сердце. И хотя врач скорой не нашел причин для беспокойства, мой любимый с грустью заявил:

— Мы никуда не едем. Нельзя оставлять маму в таком состоянии…

И вместо того чтобы плескаться в море, я должна была бегать по рынкам и магазинам, чтобы купить привередливой больной домашнего творога и свежих йогуртов определенной торговой марки, готовить заказанные блюда, убирать в ее доме, потому что Макс считал уборку не мужским делом и переложил эту обязанность на мои плечи:

«Ты же видишь, как маме плохо. Не может же она лежать в грязи!»

Спросите, зачем я добровольно превратилась в бесплатную служанку, повариху и прачку? Да потому что тогда еще любила Максима, не замечая его недостатков, была готова ради него на любые жертвы. Но пришел день, когда с моих глаз слетели розовые очки и я увидела истинное лицо любимого. Это случилось спустя пару месяцев после мнимой болезни Раисы Александровны (не сомневаюсь, что она симулировала сердечный приступ). В то субботнее утро Макс настоял, чтобы мы нанесли визит его маменьке. Она накрыла на веранде стол для чаепития и, помешивая ложечкой сахар в чашке, сказала как бы невзначай:

— Я вчера говорила с Лерой… Хочешь знать, как у нее дела, сынок?

— Не хочу, — быстро ответил Максим и с упреком взглянул на мать.

— А о ком речь? Кто такая Лера? — с любопытством спросила я.

— Разве Максик тебе о ней не рассказывал? Валерия… как бы это помягче выразиться — мать ТОГО ребенка.

— Мама говорит о том, что Лера воспитывает мою дочь, — не глядя на меня, пояснил Максим.

— У тебя есть дочь?! И ты ничего мне об этом до сих пор не сказал?!

— Потому что мы не уверены, что это НАШ ребенок, — вмешалась Раиса Александровна. — Лера родила, надеясь, что Максим женится на ней, но я считаю, что эта женщина не пара моему сыну.

— Но… — начала было я, и снова потенциальная свекровь перебила меня.

— Максим иногда посылает девочке подарки, а я ее матери — десять тысяч рублей ежемесячно.

«Она ни разу не назвала внучку по имени», — ужаснулась я и не удержалась, чтобы не задать вопрос:

— А почему вы не сделаете анализ ДНК? Тогда будет точно известно…

— Никому это не нужно! — пренебрежительно хмыкнул Макс. — Мама все верно рассудила. — И, повернувшись к ней, благодарно улыбнулся. — Спасибо, что освободила меня от этих двух пиявок.

— От трех… — сказала я, поднимаясь.

— Что ты хочешь этим сказать?!

— Что от меня мама тебя тоже освободила. Между нами все кончено!

…С тех пор прошло больше двух лет. От общих знакомых я узнала, что Максим, не доучился и на юридическом, и теперь учится на психолога, а еще у него новая (очевидно, не последняя) любовь. Я же уже год встречаюсь с Сережей. У него масса достоинств, и его мама мне очень нравится. Тем более что она живет на другом конце страны и совершенно не вмешивается в наши отношения.

Анастасия, 26 лет