Мы с Игорем были не только супругами, но долгие годы работали в одной лаборатории, и оба любили свое дело…

С утра пораньше позвонила мама и сообщила, что после вчерашнего падения с лестницы у нее сильно опухло колено. Попросила отвезти ее к хирургу. Пришлось заскочить в поликлинику, а там, как всегда, столпотворение.

В результате на работу я опоздала на сорок пять минут. Начальник, сидящий в отгороженном от лаборатории стеклянной стойкой помещении, выразительно постучал пальцем по циферблату своих часов: «Анна Львовна, извольте зайти ко мне! Немедленно!» Пришлось подчиниться.

— Что, Олег Николаевич?

— Как это что?! — возмутился шеф. -Вы почти на час опоздали! Или у вас особый график работы?

— Так ведь я маму к врачу водила, — растерялась я. — И Игорь должен был… Разве он вас не предупредил?

— Нет, конечно! — продолжал возмущаться шеф. — Иначе зачем бы я спрашивал? Чтобы просто поболтать?!

Вздумай я спорить или оправдываться, вполне могла бы разразиться гроза: начальник на примере каждого сотрудника воспитывал и запугивал всех и вся. Решила не лезть на рожон.

— Виновата, Олег Николаевич. Простите, этого больше не повторится.

— Хочется верить, — усмехнулся он. -Ладно, идите работайте! А супругу своему скажите, чтобы принимал ноотропные препараты. А то у него в последнее время что-то с памятью стало твориться. А это опасно…

Я знала: спорить с начальником — себе дороже. Поэтому снова ответила Олегу Николаевичу согласием и поспешила отправиться на рабочее место. Усевшись за стол, сделала вид, будто думаю о работе, а внутри всё кипело от обиды и возмущения. Старый дурак! Ни черта не разбирается в руководстве, да и в науке не шибко, а строит из себя… Почему он вообще позволяет себе постоянно хамить подчиненным?! Хотя Игорь тоже хорош! Ведь русским языком сказала: передай шефу, что я буду позже. Объясни, почему. А он? Черт знает что такое!

Поднявшись с кресла, я бросила опасливый взгляд на склонившегося над своим столом начальника и быстро направилась в соседний корпус.

Войдя в дверь лаборатории, окликнула мужа по имени. Увидев мое нахмуренное лицо, он сразу всё понял.

— Ой, солнышко, прости! С утра столько дел сразу навалилось, что я совершенно забыл о твоей просьбе…

— Это неудивительно, — буркнула я. — У тебя всегда работа на первом месте!

— Была на первом месте, — усмехнулся муж. — К твоему сведению, опыты приказано временно прекратить.

— Что значит прекратить? — опешила я — Погоди, кем приказано?

— Ясно кем, — вздохнул Игорь и многозначительно поднял указательный палец к потолку.

— Черт! А что сказал по этому поводу Олег Николаевич?

— А что он может сказать? Говорит, нужно подождать!

— И даже не пытался бороться?

— Ты смеешься? Он и без того в опале. Так что ему лучше не высовываться.

— Час от часу не легче, — вздохнула я. — И что мы теперь будем делать?

— Понятия не имею. — Муж грустно повертел в руках листок бумаги.

— Но ведь должен же быть какой-то выход! — кипятилась я.

— Выход? — Игорь пожал плечами. — Я так не думаю. У нас есть непосредственный начальник — и мы должны беспрекословно выполнять его распоряжения. Даже те, что противоречат здравому смыслу. Спорить равносильно тому, что плевать против ветра. Так что об эксперименте придется забыть. Открыв ящик стола, муж бросил на дно толстую папку с документами.

— Оп-ля! Прощай, полтора года труда! Во мне поднялась буря протеста.

— Но почему сейчас? Когда у нас появились обнадеживающие результаты? Я смотрела на Игоря с непониманием. Не могла поверить в то, что он разрешит закрыть такую важную исследовательскую линию. Я прекрасно помнила слова мужа, сказанные несколько дней назад: «Боюсь сглазить, но, кажется, мы на правильном пути…»

— Мы не можем позволить себе продолжать исследования, которые в течение многих месяцев не дают ничего нового, — объяснил Игорь. — Мы просто не получим на них больше денег. Ну а без денег, сама понимаешь…

— Но ведь так же нельзя! Дойти почти до конца — и отступить! Это не просто глупо — это преступно!

Муж посмотрел на меня как на заупрямившегося ребенка. Потом вздохнул:

— По-твоему, я этого не понимаю? Понимаю. И Олег Николаевич не совсем дурак. Но это не его решение — приказ пришел сверху. Старик ничего не может изменить. Сказал, что нам придется заняться чем-то другим.

— Чем другим, Игорь?

— Не знаю… Например, займемся разработкой очередного средства для похудения. Или создадим новые таблетки от запора или головной боли… Фармацевтические концерны примут их в производство, и тогда мы автоматически получим большее финансирование. И сможем подумать о более значительных проектах.

— Ты это серьезно?

— Серьезно. А что?

— То, что это чушь собачья! Игорь, неужели ты учился для того, чтобы придумывать сотый вид обезболивающих или слабительных таблеток?! Ведь ты умница и способен на большее!

— Способен, — согласился он. — Но одного ума для этого мало. Нельзя принести пользу человечеству пустыми идеями. А чтобы их подтвердить, нужны финансы… И немалые. Ань, ну что ты на меня так смотришь? Может, считаешь, что мы способны сами содержать лабораторию? Тогда подскажи, каким образом?

— Не знаю. Но прекращать опыты ни в коем случае нельзя. Нужно бороться, доказывать перспективу…

— Перестань. Я ведь не Дон Кихот, чтобы воевать с ветряными мельницами. Олег Николаевич тоже. Вопрос решен, и придется с этим смириться.

— Но ведь ты не сможешь, я знаю!

Мы не прекратили спор на эту тему даже после выхода с работы. И тогда зашли посидеть в кафе и обсудить, не удастся ли нам спасти свои исследования, предложив их какой-либо частной фармацевтической компании.

— Конечно, в этом случае мы многим рискуем, — вздыхала я. — Если старик узнает — нам крышка!

— Не обязательно, — покачал головой муж. — Если мы получим положительный результат, старик будет нами только гордиться. Ведь мы начинали исследования под его руководством. А то, что пришлось их заканчивать отдельно — это не наша вина. Так что не стоит напрасно терять время. Будем искать спонсоров.

— Интересно, как ты себе это представляешь? — продолжала сомневаться я. — Объявление дашь?

— Это моя забота. Главное — чтобы ты меня поддерживала. Так как рискнем? Риск — благородное дело!

Меня не нужно было долго уговаривать. Я согласилась на это не только ради мужа и, конечно, была уверена, что поступаю правильно. Даже если мы не выполняем распоряжение руководства и самовольно продолжаем исследования. Ведь всё это во имя высоких идеалов!

Как ни странно, спонсор нашелся довольно быстро. Почти год мы с Игорем работали на два фронта. Уставали безумно, недосыпали, нервничали…

И все-таки наконец свершилось то, чего так жаждали,

— Аннушка! Мы выиграли! — однажды сообщил мне муж.

— Неужели получилось? — не поверила я. — Ой, Игоречек, ты гений!

— Ты тоже! — рассмеялся он. — Сказать по правде, без тебя, Анюта, я бы ни за что не справился!

— Не преувеличивай! — Я была вне себя от радости. — Хотя мы оба молодцы, конечно… Слушай, пойдем расскажем обо всем старику!

— Только не сегодня, — запротестовал муж. — Давай лучше себе праздник устроим. Пойдем в ресторан! Хочешь?

— Еще спрашиваешь! — воскликнула я. — Слушай, а куда именно пойдем?

— Куда? Хм… Увидишь.

Рассказать руководству об удачно завершенных исследованиях нам с Игорем так и не пришлось. Не было смысла: ведь, кроме нас, заглохшим проектом никто не интересовался. Фармацевтическая фирма, запатентовавшая разработанное лекарство, выплатила нам с мужем кругленькую сумму. И с этого дня начался новый этап нашей жизни. Совершенно иной — ведь мы чувствовали себя не только победителями, но и богачами. Сказать по правде, большие деньги нас не испортили. Мы, как и прежде, оставались родственными душами. Причем были хорошей командой и в лаборатории, и за ее пределами, то есть в семье. Я считала себя невероятно везучей. Мне никогда и ни с кем не было так хорошо, как с Игорем: мы всё делали вместе, всегда находили, о чем поговорить. Так продолжалось около двух лет, а потом…

Потом я забеременела.

— Неужели я скоро стану отцом?! — радовался известию Игорь. — Не могу поверить! — Лежа рядом, он нежно гладил мой пока еще плоский живот. — Знаешь, Аннушка, наука, конечно, дело хорошее, но ребенок — это самое большое чудо на земле. Жаль, что мы, мужчины, причастны к этому постольку-постольку. А вот вы… Нет, что ни говори, а у женщин миссия на земле куда важнее! Не так-то просто продолжать род человеческий…

Я слушала и счастливо улыбалась. Интересно, кто у нас будет? Хорошо бы девочка! Я буду покупать ей красивые платьица с оборочками, заплетать косички… А еще отдам в музыкальную школу по классу фортепиано. Хотя нет… Лучше в хореографический кружок. Балет — это так прекрасно!

Шло время. Мой животик увеличивался, а вместе с тем росла тревога: как всё пройдет? Нет ли у меня маловодия? Правильно ли развивается ребенок? Не слишком ли я набираю вес?

Пока доставала врачей своими вопросами, в лаборатории случился переворот. Начальство посчитало нашего шефа никудышным руководителем и насильно спровадило его на пенсию, а на его место назначили… Игоря. Вот такой неожиданный поворот событий!

— Конечно, жаль старика, но зато теперь в лаборатории начнется новая эра! — с энтузиазмом говорил мне муж. — Всё будет работать так, как надо. Наконец-то мы прекратим годами толочь воду в ступе и сможем приносить людям реальную пользу.

— Ничуть не сомневаюсь, — улыбалась я. — И, как твоя подчиненная, очень рада, что у меня будет шеф, с которым я всегда готова соглашаться. Ведь я же всегда говорила тебе, что ты — гений!

А теперь и вовсе развернешься… Наивная мечтательница! Я была настолько ослеплена успехом своего ненаглядного Игорька, что превозносила мужа буквально до небес. Теперь понимаю, что совершала серьезную ошибку… Но тогда всё виделось исключительно в розовом свете.

Я готовилась к материнству и вместе с Игорем работала в лаборатории. Это были последние месяцы, когда мы что-то делали вместе. Потом наши интересы стали расходиться.

Рождение наследника Игорь воспринял с радостью, но особого внимания сыну не уделял и считал это абсолютно нормальным. Придя домой, он на цыпочках подходил к детской кроватке. Глядя на посапывающего во сне Артёмку, шептал:

— Ты мой хороший! Ты мой славный мужичок! Жаль, что у меня не хватает для тебя времени. Но, к счастью, у тебя есть мамочка… Самая лучшая мамочка на свете, правда?

— Только уж очень уставшая, — слушая подобные комплименты, вздыхала я. — Просто ни минуты покоя. К вечеру буквально с ног валюсь…

Это было правдой. Ведь с тех пор как родился сынишка, я практически не спала по ночам. Да и днем крутилась, как заведенная: занималась и Тёмкой, и домом. Впрочем, это удел любой женщины, находящейся в декретном отпуске. А у нас, как назло, не было поблизости бабушек, которые могли хоть как-то помочь…

Игорь меня жалел, но помогать не считал нужным. Приходил в десять вечера, а иногда и позже. На мои претензии отвечал одной и той же фразой:

— Думаешь, легко наладить в лаборатории нормальную работу? Я бьюсь как рыба об лед! Начальство постоянно треплет нервы, а тут еще ты со своими упреками. Обидно…

Я раскаивалась, понимая, что муж и правда делает всё возможное, чтобы добиться улучшения финансового обеспечения лаборатории. Игорь рассказывал, что часто встречается с крупными бизнесменами, убеждая их, что сейчас как никогда стоит инвестировать деньги в научные исследования.

Многие поддавались. Я этому не удивлялась, зная, что энтузиазм мужа кого угодно может заразить. И радовалась каждому очередному его успеху. Потому уговаривала себя, что не должна злиться, если Игорь уделяет мне и ребенку мало времени: ведь он занят таким важным и благородным делом! Кто, если не я, его поддержит?

Прошло три года. Артёмка подрос и уже вполне мог пойти в детский сад. Когда я об этом заикнулась, Игорь буквально встал на дыбы:

— Ты действительно хочешь выйти на работу? Но зачем?! Что, по-твоему, я мало зарабатываю?

— Дело не в деньгах, — пыталась объяснить я. — Просто я тоже хочу приносить пользу. И потом, мы с тобой практически не видимся. А так будем почти весь день вместе.

— А Тёмка, значит, один? А если он начнет болеть? Или тебе плевать на здоровье нашего сына?

— Но Игорь…

— Слушать ничего не хочу! — отрубил он. — Будешь ответственной за наше родовое гнездо, а я буду заниматься зарабатыванием денег. И точка!

— Но ведь мы можем нанять Артёмке няню, — предложила я.

— Никаких нянь! Будешь сама ребенка воспитывать. Чтобы потом не искать виноватых в том, что он вырос не таким, как нам хотелось…

Я поняла: спорить бесполезно. Игорь не любит сдавать позиции…

Напрасно я записала себя в домохозяйки. Быт засасывал катастрофически быстро. Я понимала, что с этим нужно как-то бороться, пыталась, как могла, разнообразить свой досуг… Однажды вытащила мужа в театр. После спектакля хотела обсудить с ним игру актеров. И вдруг услышала насмешливую тираду:

— Все это чушь и суета. Волшебное воздействие искусства на человека — лишь плод досужего вымысла!

— Неужели ты действительно считаешь, что театр или хорошая картина не могут вызвать сильного отклика в душе человека? — опешила я.

— Возможно, и могут, — раздраженно пробурчал муж. — Но толку-то? Пойми: в наш век сплошных стрессов и экологических катаклизмов люди не столько нуждаются в хлебе и зрелищах, как в лекарствах.

— По-моему, ты преувеличиваешь.

— Нисколько, — разгорячившись, он больно сжал мой локоть. — Аня, человечество в опасности! Глобальные изменения климата, озоновые дыры, загрязнение рек и морей… Количество хронических заболеваний набирает всё больший размах. Увеличивается армия больных катарактой и раком кожи… Я уже не говорю о мутагенной опасности! А я должен тратить время на какой-то театр?

— Какой-то?! — в свою очередь возмутилась я. — Ну знаешь! Да без искусства… без искусства человечество начнет деградировать!

— А без лекарств будет обречено на вымирание! — выкрикнул Игорь.

— И ты, конечно, его спасешь! — произнесла я с сарказмом.

— Нет, — сердито ответил муж. — Но, по крайней мере, внесу свою лепту.

Я закусила губу. Игорь впервые говорил со мной таким раздраженным тоном. Спорить дальше мне полностью расхотелось. Смыслом его жизни была наука. Она заменила ему ребенка и жену. И с такой соперницей мне, наверное, не справиться…

Анна