Любовь ворвалась в мою жизнь внезапно и так же ушла из нее…

Зевнув, я оттолкнулся от стола. Офисное кресло плавно отъехало к окну. Отодвинув полоску жалюзи, я приоткрыл фрамугу. Приближалась весна. Таял снег, пригревало солнце, и на улице…

На улице спорила молодая парочка. Красивая, но в плохом расположении духа. О причине спора можно было догадаться по фразе, которую бросил мужчина: «Хочешь свободы? Ладно! Только потом ведь назад проситься будешь!»

— Не дождешься! — выкрикнула она. Резко повернулась и побежала по направлению к двери.

«Разводятся, наверное, — отметил я про себя. — Тогда как самое время влюбляться. Весна!»

Задернув жалюзи, вернулся к столу, и тут в дверь постучали.

— Можно войти?

Увидев застывшую в дверях фигурку, мысленно усмехнулся. Та самая красотка, которую я только что лицезрел из окна.

— Здрасте, — кивнула незнакомка. — Могу я обратиться по поводу предстоящего развода?

— Конечно, — приподнявшись с места, я сделал приглашающий жест.

— Спасибо, — поблагодарила она. Выжидающе посмотрела мне в лицо. — Рассказывать коротко или развернуто?

— Как хотите, — улыбнулся.

Первая заповедь судьи — дать человеку выговориться, прежде чем что-то советовать.

— Только сначала давайте познакомимся. Евгений Петрович Грач. А вы?

— Алина Викторовна Руденко, — заговорила она. — Двадцать семь лет. Пять из них состою в браке. Имею трехлетнего сына.

«Сейчас скажет, что муж — мерзавец». Ошибся. Причиной для развода назвала бесперспективность совместной жизни.

— Понимаете, последний год ничего не происходит. Меняются только времена года, все остальное остается по-прежнему. Я похожа на запрограммированного робота: вожусь с сыном, стираю, убираю, готовлю, покупаю. Муж приходит с работы, ест, а потом садится перед телевизором или читает газеты. Вот и весь сценарий…

— То есть муж вам не помогает?

— Ну почему же? Попрошу что-то сделать — сделает. Не из желания порадовать, а просто чтобы отвязалась.

— Ну а что ребенок?

— Что ребенок? — раздраженно переспросила женщина.

— Я хотел спросить о том, как ваш муж к сыну относится. Тоже игнорирует?

— Пожалуй, да. Вернее, считает, что пока сын не начнет осознавать свою мужскую принадлежность, его воспитанием должна заниматься я.

— Интересная позиция, но ошибочная. Воспитание ребенка — сложный процесс. Если отец этого не понимает… ..

— То можно и без него обойтись, — закончила она за меня. — Верно?

— Не совсем… — начал я, но наткнувшись на ее взгляд, осекся.

Какие у нее глаза! И губы чувственные… Неожиданно почувствовал разливающееся по телу тепло.

— Вы меня не слышите? — побарабанила по столешнице клиентка.

— Да! — встрепенулся я. И кровь прилила к лицу. — Скажите, а ваш муж согласен на расторжение брака?

— Как сказать… Поначалу он и слышать о разводе не хотел… В общем, я сказала, что в любом случае жить с ним не буду.

— Но пока-то вы вместе проживаете?

— Нет. Неделю назад мы с сыном перебрались к моей матери.

— А как будете делить имущество?

— Никак не будем! — отмахнулась Алина. — На квартиру у него дарственная, он получил ее от бабушки. А мебель и все остальное… — она запнулась. — В общем, мне ничего не надо. Кроме свободы…

— Уверены? Ведь это такой ответственный шаг…

— Уверена, — кивнула она. — Чувства перегорели, а жить на пепелище — холодно и неуютно.

— Хорошо, пишите заявление, — распорядился я. — Образец в вестибюле. Перечень нужных документов там же. Она коротко простилась и ушла. А я еще долго смотрел на захлопнувшуюся дверь. Пришла, увидела… влюбила. Как в кино…

В следующий раз она пришла в конце рабочего дня. На улице шел дождь, поэтому я воспользовался случаем и предложил подвезти ее домой.

По дороге мы молчали. Наконец я спросил:

— Переживаете из-за развода?

— Неужели это так заметно? — смутилась она.

— Заметно. Впрочем, это понятно. Страшно кардинально менять жизнь. Особенно если есть ребенок.

— Вы правы… — согласно кивнула девушка. — Да еще и мама меня постоянно пилит. Она обожает своего зятя, а мой поступок считает глупостью. Даже бойкот мне попыталась объявить. Только я сказала: будешь продолжать, сниму квартиру.

— Снимать дорого, — возразил я.

— Дорого, — опять согласилась она. — Но я прилично зарабатываю. А при случае и подработку могу найти, например, заняться репетиторством.

— Тогда у вас будет мало времени для сына, — заметил резонно.

Не ответив, она лишь печально вздохнула. Потом тронула меня за руку:

— Возле пешеходного перехода остановите, пожалуйста.

Я сбавил скорость и притормозил. Алина стала отыскивать ручку.

— Спешите? — поинтересовался я.

— Да. Наверное, мама уже волнуется.

— Не смею задерживать, — протянув руку, открыл дверцу. — До свидания.

— До свидания, — улыбнулась она. Подняв над головой сумочку, выскочила под дождь и побежала в сторону дома.

Весь вечер я не находил себе места. Пытался представить себя на месте ее мужа. Как можно было охладеть к такой женщине? Она такая красивая! Закрыв глаза, попробовал возродить в памяти ее образ, но у меня не вышло… Через три дня мы увиделись снова, обсуждали бракоразводный процесс. Когда Алина собралась уходить, я спросил:

— Хотите вечером сходить в ресторан?

— В ресторан? — удивленно посмотрела девушка. — А разве вам можно?

— Хотите сказать, что я не имею права на личные встречи?

— Ну да… И потом, зачем вам это?

— Но это же очевидно, — выдавил я. — Вы мне нравитесь. Это похоже на болезнь. Не хочется есть, пить, спать…

— Неужели это все из-за меня?

— Из-за вас. С тех пор как я вас увидел, меня переполняет огромное губительное чувство. Без ответа, без выхода.

— Но так не бывает, — возразила она.

— Чего? Любви с первого взгляда?

— Чтобы не было выхода.

— Тогда подскажите, как мне быть.

— Ну, не знаю… Прежде всего не пытайтесь торопить события.

— Значит, свидание в ресторане отменяется? — спросил огорченно. — Так?

— Переносится на завтра, — склонив голову к плечу, она лукаво улыбнулась.

— Согласен! — обрадованно кивнул я. Следующий день был одним из самых счастливых в жизни. Мы сидели в ресторане, пили вино и говорили…

— Вы рискнули бы снова выйти замуж?

— Вряд ли… Но полюбить смогла бы… Осмелев, я зажал в ладонях ее руку:

— Алина, мне ни с кем не было так хорошо, как с вами. Никогда.

— С тобой, — поправила она. — Или прежде нужно выпить на брудершафт?

— Можно, — согласился я и налил вина. — Как положено? С поцелуем?

— Конечно, с поцелуем…

В тот вечер больше ничего не было. Зато на следующий день она приехала ко мне. Я обнял Алину крепко-крепко и стал нашептывать что-то нежное. Она тоже что-то говорила. Быстро, горячо. Потеряв голову, я потащил ее в комнату.

— Господи, Алина… Какая ты…

— Какая? Сумасшедшая, да?

У меня перехватило дыхание. Алина сама стала стаскивать мою одежду. Потом начала целовать мою грудь, живот… Спустя несколько минут мы были в эпицентре огненного вихря. Не помню, сколько это продолжалось, только эти минуты показались вечностью. Потом я взлетел куда-то ввысь и провалился в мягкий дурман…

— Эй, возвращайся на землю… Как ты?

— Хорошо. Просто отлично. — Я поймал губами ее пальцы. — Обещай, что это повторится.

— Конечно, — кивнула в ответ она. — И не раз. Ты очень страстный…

— Ты тоже… — порывисто притянул ее к себе. — Сладкая моя… Любимая…

На следующий день я решил передать дело Алины своему коллеге. Утром подошел к Серегину.

— Сможешь выручить?

— Не вопрос! А что за дело-то?

— Бракоразводный процесс.

— А сам чего тогда не берешься?

— Не имею права, — только развел руками я. — У меня с этой женщиной… Я ее люблю. Короче, берешь дело?

— Беру, раз просишь. Слушай, а они из-за тебя решили разводиться или как?

— Нет. Но это уже не имеет значения. Главное, что у нас это серьезно… Вечером раздался телефонный звонок.

— Аля, ты что, плачешь?! — испуганно спросил я. — Не плачь, я уже еду! — заорал я, но трубку уже повесили…

К дому Алины я доехал за пятнадцать минут. Припарковавшись у подъезда, посигналил. Затем вышел из машины и поискал глазами ее окна. Через минуту штора отодвинулась и в окне появилось лицо любимой. Я хотел помахать рукой, но она приложила к губам палец и жестом показала, что мне нужно уехать. Я отправился в машину. Сидел долго, пока в квартире на втором этаже не погасили свет…

Алина пришла на следующий день. В изнеможении опустилась в кресло. Подняла на меня глаза, полные слез:

— Ты будешь меня ненавидеть…

— Ненавидеть? За что?

— Я возвращаюсь к мужу.

— Но ведь ты знаешь, что это плохо закончится, — почти простонал я. — Дрязгами, склоками… А я… Я смогу дать тебе другую жизнь. Счастливую.

— Не можешь, — покачала головой она.

— Не могу? Почему, черт побери?!

— Потому что между нами стоят мой сын, мама, муж… — срывающимся голосом пояснила она. — Ведь никого из них я не смогу вычеркнуть из своей жизни. Никогда… Понимаешь? — Закрыв ладонями лицо, она расплакалась.

— Я понял, — прошептал с болью. — Ты все еще его любишь…

…С тех пор прошел почти год, а я до сих пор не могу о ней забыть.

Друзья называют меня отшельником, но я на них не в обиде. Ведь им трудно понять, как это горько, когда твоя любимая не с тобой.

Евгений, 33 года