Когда-то дед Роман спас от смерти лисят. Много лет спустя их родительница вернула долг…

В то лето муж уговорил меня поехать в отпуск не на морской курорт, а в деревню к его деду. Мол, мы не очень часто радуем старика визитами, а время идет, он ведь не молодеет. Просит привезти правнучку, хочет перед смертью понянчиться с малышкой.

Пару дней я привыкала к спартанской обстановке. Вода — в колодце. Газ нужно было экономить, баллон ведь не бесконечный. Воду надо было греть. Правда, у деда во дворе имелся летний душ. Сашка полдня таскал в него воду, чтобы на солнце грелась, и можно было помыться. Маришка сразу почувствовала себя как дома. Носилась целый день по двору, играла с Блошкой, дедовой дворнягой, тискала толстого полосатого кота Мурлыку.

На второй день дочь отправилась на разведку на огород. Пришла вся чумазая — ела клубнику прямо с грядки. И что характерно — живот не заболел. Дома ей давно уже стало бы плохо…

— Мариша, ты на огород одна не ходи, — строго сказал дед.

— Роман Захарович, куда же она оттуда уйдет? Там ведь забор.

— Так он от лесных духов не спасает. А если полевая баба мимо проходить будет? Им дитя подманить да в лес увести — милое дело.

Я засмеялась:

— Дедушка, двадцать первый век на дворе, какие еще полевые бабы? Даже если они когда и жили в глухих лесах, то давно уже вымерли.

Роман Захарович что-то недовольно пробурчал о легкомысленных девчонках, у которых один бог — мобильный телефон. Однако!

А дед-то наш продвинутый… Огород дедушки Романа спускался пологим склоном прямиком к речке, которая петляла по лугу и скрывалась в лесу буквально в двух шагах от подворья старика.

— Дедушка, а в лесу страшно? — спросила Маришка.

— Нет, не страшно, милая.

— Скажи, а волки там водятся? Они очень злые? А лисы водятся? А медведи? А драконы? — забросала дочка деда вопросами.

Старик посадил Маришу на колени и стал рассказывать о лесе, о его жителях. Получалось у него очень интересно, куда там книжкам и мультикам! Роман Захарович почти всю жизнь прожил здесь, на опушке, лесником работал. Но в его историях животные становились разумными, они разговаривали и вели себя, как люди. И все сплошь были добрыми и веселыми. А если и творили что-то нехорошее, то исключительно по ошибке. И обязательно потом извинялись.

Я и сама заслушалась. Старик как раз по лисиц рассказывал.

— У каждого племени есть старшая мать, — говорил дед.

— Вождиха? — загорелись у Маришки глазенки. — Как Акела у волков из мультика про Маугли?

— Ну, в общем, да. Только вождь — это воин, охранник. А старшая мать — берегиня, она детенышей сторожит и лежбище. Молодым помогает с малышами, пока воины на охоту ходят. И уводит лисят от охотников-людей.

— А ты лисью вождиху видел? — расспрашивала дочка.

— Довелось однажды познакомиться, — ответил дед Роман. — Весной это было. Снега в ту зиму много нанесло, но потом враз тепло стало, и он быстро растаял. Наша речушка превратилась в бурный поток. Несла с шумом и грохотом воду вперемешку со льдом.

Я возвращался из города. Дорога, сами знаете, через лес идет перед мостом. Подъезжаю к мосту, а передо мной посередине сидит крупная лиса. И смотрит не отрываясь. Животные ведь в глаза человеку смотреть не могут, а эта прямо не отводит взгляда. И тут вдруг из глаз ее начинают градом слезы катиться. И я понимаю: беда где-то. Вышел из машины, спрашиваю: «Мать-лисица (я догадался, это она была), чем тебе помочь?» А она развернулась и вдоль реки по берегу побежала. Я за ней. Пробираемся через буреломы, через заросли кустарника. И на самом крутом месте остановилась. Гляжу: коряга. Водой ее треплет, вот-вот унесет.

А на коряге целое семейство: и маленькие лисята, и молодые лисы… Все мокрые, дрожащие. Наверное, долго плыли, пока не зацепились за ветки и застряли. Но добраться до берега всё равно не могут. А у меня и нет-то ничего, ни веревки, ни багра. Пока буду бегать искать — снесет ведь корягу-то. Ну и полез я в воду. Кое-как дотащил корягу до берега. А лиса всё это время стояла на берегу и подтявкивала, будто успокаивала их всех, уговаривала не суетиться. Помог я зверятам сойти на берег, они сразу же в разные стороны сиганули. И только мать-лиса осталась, ждала, пока и я выберусь. Потом на меня посмотрела и тоже ушла…

…Прошло несколько дней. Соседки позвали нас в лес по ягоды.

Я Маришку брать не хотела, но она подняла крик: возьми!

Пошли. Бродили мы, бродили, и вдруг я понимаю, что Маришки, которая всё время рядом была, нет. Стала звать, кричать на весь лес. Тщетно. Нет дочки! Со мной истерика случилась. Соседки причитают, но без толку. Мариша как сквозь землю провалилась. И только дед Роман, который с нами пошел, спокойно сказал:

— Никуда она не денется. Мать-лисица беды не допустит.

Я подумала, что старик совсем из ума выжил. Бегаю, зову дочь. Не дай бог кому этот ужас пережить… А дед вдруг как рявкнет:

— Да не ори ты так. Всех в лесу распугаешь.

Спустился он к реке, сел на пригорке и зовет, негромко так: «Мать-лисица, приди, приведи внучку мою, Маришку. Пришла твоя пора за добро платить».

Я не успела обругать старика за его странности, как кусты раздвинулись, и оттуда вылезла Мариша. После того, как я успокоилась, перестала рыдать и целовать дочку, она вдруг говорит:

— Меня какая-то тетя за собой потащила, а тут лиса появилась. Тетя сразу убежала. А я в гостях была у лисы. С ее внучатами познакомилась. Они милые, пушистые. И дом у них красивый. Там, под старым деревом. Только вам его не найти! Я посмотрела в ту сторону, и мне показалось, что в кустах мелькнул рыжий пушистый хвост…

Лариса