Вскоре после переезда мне приснился странный сон. И только спустя время я понял, что он помог мне и моей семье. Теперь у нас всё хорошо…

Пожалуй, ни я, ни моя жена Таисия, ни наши маленькие сыновья Вадик и Виталик не сможем забыть ту ночь в последних числах ноября…

День был пасмурным, как это обычно бывает в конце осени, но тихим. Почти полностью уронившие листву и готовые к зиме деревья в нашем саду стояли в глубокой задумчивости, не шелохнув не единой веткой.

А потом внезапно разыгралось ненастье. Налетел ураган. Сильный ветер протяжно завывал в печной трубе, гнул и ломал ветви деревьев. Особенно доставалось старому раскидистому клену, который рос на улице рядом с нашим домом. Почти всю ночь мы с женой Тасей не спали, обнимая и успокаивая сыновей.

А когда под утро я, наконец, уснул, мне приснился мой дед Игнат.

Он смотрел на меня со своим характерным лукавым прищуром и улыбался, выглядел очень спокойным и и умиротворенным… Помню, что, увидев деда таким, я сперва обрадовался, но потом забеспокоился. Я вспомнил, что дедушка Игнат в течение долгих лет не выглядел так. Он давно страдал от артроза суставов и сердечной недостаточности. А в последнее время боли совсем измучили его.

Поэтому дедушка довольно редко улыбался. Однако в этом сне дед Игнат гулял во дворе, а потом неторопливо направился в сторону своей любимой завалинки у его избы, в которой мы с женой и детьми сейчас живем…

Мой сон оборвал телефонный звонок. Это был отец. Он сообщил, что этой ночью дедушка умер…

Он не мучился, а просто лег спать и не проснулся…

Мне стало очень тоскливо. Хоть я и знал, что смерть для деда Игната — это избавление от боли, но было так жалко его… И нас без него — тоже…

После похорон мы поехали к нотариусу. Он зачитал нам последнюю волю деда Игната. Тогда я и узнал, что он завещал мне свою добротную старую избу с участком. Правда, ей требовался капитальный ремонт, но всё равно это стало для моей семьи выходом из ситуации: до этого нам с женой и сыновьями приходилось ютиться в небольшой двухкомнатной квартирке вместе с моими родителями.

Мы переехали и сразу же принялись за ремонт. К сожалению, после того как мы убрали половики, выяснилось, что и доски в полах тоже надо менять, а это требовало гораздо больших затрат, чем мы планировали…

Мы с женой по профессии оба агрономы. Но Таисия после рождения детей нигде не работала.

А я хорошо оплачиваемую работу по специальности найти так и не смог. Поэтому трудился на стройке разнорабочим, зачастую сверхурочно. Но стабильно и много зарабатывать мне всё равно не особо удавалось.

Правда, мы с Тасей как-то приспособились и научились жить и вести хозяйство, рассчитывая лишь на то, что имеем. Помню, мы стали выращивать рассаду овощей и цветов на продажу, и удавалось даже кое-какие деньги откладывать.

К сожалению, вскоре после того как мы начали ремонт, я потерял основную работу.

Сначала я не очень беспокоился — был уверен, что вскоре найду другое место. Однако ничего подходящего не находилось.

Я нанимался на разные временные работы, хватался за любую возможность получить хоть какие-то деньги, чтобы содержать семью. Мы, конечно, не бедствовали, но о продолжении ремонта в дедушкином доме пока не могло быть и речи — на это не хватало средств. Жена с ужасом думала о приближающейся зиме, о газе, за который надо будет платить, об одежде для сыновей, о предстоящих новогодних праздниках…

Я видел, как Тася всё больше страдает из-за сложившейся ситуации. В конце осени и зимой пришлось вообще худо — денег почти не осталось, поэтому Тася занялась шитьем тряпичных игрушек. Она поместила в соцсетях объявления о том, что принимает заказы. Вскоре появились первые заказчицы, но зарабатывать удавалось не очень много.

Меня постепенно начали одолевать мрачные мысли…

И в эти дни я неожиданно увидел еще один странный сон: на завалинке у нашей избы сидел какой-то очень пожилой старик в шапке-ушанке, телогрейке и в валенках. Приблизившись, я узнал в нем своего умершего деда Игната. Он курил самокрутку с махоркой, снова ласково щурился и улыбался мне, а потом посмотрел на землю и чуть притопнул ногой… Проснувшись, я отчетливо помнил этот сон, что было довольно странно, потому что я обычно сразу же забываю, что мне снилось.

Начал гадать, что бы это могло означать, но ничего путного не приходило в голову. Когда же сон этот приснился в очередной раз, я подумал, что дед Игнат хочет передать мне какое-то послание…

Я поделился своими предположениями с супругой. Тася внимательно меня выслушала, немного подумала и сказала:

— А вдруг твой дедушка Игнат не просто так ногой топал? Может, именно в этом месте закопано что-то вроде клада..

— Все возможно, Тася… — ответил я. — Знаешь, я даже представить не могу, к чему мне приснился этот странный сон. Но ты права, проверить это не помешало бы…

Мне хотелось раскрыть эту загадку. Этот сон про деда Игната, сидящего с самокруткой на завалинке, не давал нам с женой покоя.

Но я просто размышлял, а Тася уговорила меня взять в руки лопату и начать раскопки.

Земля рядом с завалинкой за долгие годы так хорошо утрамбовалась, что была твердой как камень. После нескольких минут работы я вытер со лба пот и сказал:

— Тася, копать лопатой здесь бессмысленно, нужна кирка… Да и кому бы пришло в голову закапывать здесь клад? Ну подумай сама… Однако в этот момент лопата глухо обо что-то ударилась…

Мы увидели почти истлевшую от времени холстину. В нее была завернута старая глиняная крынка. Когда мы откопали ее и вынули из ямы, жена посмотрела на меня и прошептала:

— Открывай ты, Вася. Ведь это тебе приснилось, где искать… Дрожащими руками я снял холстину. В горшке мы нашли старинные предметы: набор серебряных ложек и пять золотых червонцев. А еще — старинный мундштук. Уже потом мы узнали, что всё это стоит больших денег. Вот такой дед Игнат нам оставил дар… Серебряные ложки и монеты мы продали, и за вырученные деньги закончили ремонт. А вскоре я устроился на хорошую работу.

PS: Мундштук я оставил на память о дедушке.

Василий