Я никогда его не видела, но чувствовала, что он зовет к себе. Его голос проникал в самое сердце, томил душу и каждую ночь звучал у меня в голове. Это был то тихий плач, то надрывный крик, как тот, что раздавался из могилы.

Самые большие ошибки в жизни случаются по глупости.

Я, как и многие малолетние дурочки, сделала в юности аборт. Тогда, в 17 лет думалось, что это самое верное решение. У меня были четкие планы на жизнь. Уехать в Москву, поступить в институт, найти жениха, выйти замуж и только потом (и то, может быть, не сразу, а лет через пять) забеременеть.

Я даже не сомневалась, что все будет так, как загадала. А этот нежданный ребенок никак не входил в мой жизненный график. Да и папаша, хоть и был на восемь лет старше меня, не горел желанием стать отцом. Он-то и нашел мне женщину, которая сделала аборт.

Вспоминая, в каких условиях это происходило, понимаю, что произошло настоящее чудо. Я осталась жива. О другом и не думала. Страшилки о последствиях аборта не трогали меня. Беременность, материнство, младенец — все это было еще так далеко.Я, как и намечала, после окончания школы почти сразу уехала в Москву, поступила в институт. Уже на первом курсе познакомилась с парнем, мы стали встречаться.

Дело шло к свадьбе. Мы с Матвеем были так влюблены друг в друга, что почти никогда не расставались. Если только ночью.

На тот момент я жила в общежитии, а после свадьбы должна была переехать к мужу. Шли приготовления к празднику. Мы уже напечатали приглашения, купили Матвею костюм, а мне платье. Я была счастлива и полна надежд. И тут произошло непредвиденное. С этого дня у меня началась совсем другая жизнь.

У Матвея был лучший друг — Костян. Он должен был быть свидетелем на нашей свадьбе. До торжества оставалось всего три с половиной недели, когда пришла страшная весть — Костя ехал с дачи на машине, попал в аварию и разбился. Мой будущий муж ходил, словно в воду опущенный. Я поддерживала его, как могла, но и сама была подавлена. Церемония прощания на меня произвела страшно удручающее впечатление. Когда закрывали крышку гроба, опускали его в могилу, к горлу подкатил комок, из глаз полились слезы. Насколько же непредсказуема наша жизнь, как все зыбко! Вот недавно еще был человек, радовался жизни, строил планы на будущее… и уже нет его.

Пока мы шли обратно по дороже к выходу, я вытирала слезы. Смотрела на могилки, которые располагались вдоль дорожки, читала надгробные надписи, смотрела в лица давно ушедших людей. Вдруг мой взгляд остановился на могиле маленького мальчика. «Мишеньке от мамы» было выгравировано на памятнике. Я посмотрела на дату рождения и смерти. Мальчику был всего один год! Светлые волосики обрамляли круглое личико, голубые глаза смотрели с фотографии на памятнике удивленно и доверчиво.

Малыш улыбался. Я сбавила шаг. На мгновение показалось, что рот мальчика скривился и раздался детский плач. Я вытерла мокрые глаза. Конечно, фотография не менялась, все было как прежде. Оглянулась, вокруг не было детей, никто не плакал. «Померещилось», — решила я.

Мы поехали на поминки. Вокруг много людей, все говорили о Косте, я же сидела, словно в тумане. Голова была тяжелая, и перед глазами стояло надгробие на могиле маленького мальчика. Мысленно я подсчитала, что сейчас ему было бы семь лет. «Какое совпадение, я тоже сделала аборт семь лет назад», — подумала тогда.

Ночью я проснулась от того, что услышала детский плач. Такой же, как вчера днем на кладбище. В комнате никого не было, за стенкой тишина. Да и откуда в институтском общежитии взяться маленькому ребенку! Мое сердце билось как сумасшедшее, и только под утро я смогла более-менее успокоиться и уснуть. Через несколько дней слуховая галлюцинация повторилась, только ей предшествовал странный сон.

Я видела того самого Мишеньку, фото которого было на могильном памятнике. Мальчик сидел на полу в моей комнате и горько плакал. Сон был настолько правдоподобным, что, проснувшись, я не сразу поняла — почудилось мне это или было на самом деле. С тех пор Мишенька стал часто мне сниться. В каждом сне он смотрел на меня и плакал.

Матвею я ничего не рассказывала. Он, конечно, видел мое подавленное состояние, но все списывал на волнение перед свадьбой. В итоге предстоящее торжество, суета и приготовления взяли верх. К вечеру я падала от усталости и буквально проваливалась в сон. Мишенька больше не являлся. И я почти забыла про него. Как-то после страстной ночи любви мы лежали с мужем в объятьях друг друга. Матвей нежно поцеловал меня в лоб, потом ласково провел рукой по волосам:

— Говорят, что мужчина хочет непременно сына. А я хочу дочку. Часто представляю, как у нас родится чудесная малышка. Мы будем гулять с коляской, а вечером я буду петь ей колыбельные. Чур, это будет только моя обязанность!

— Нет, у нас будет мальчик! — твердо сказала я. Причем сама я никогда не задумывалась о том, кого хочу, сына или дочку.

— Да ладно, не упрямься, — стал подшучивать муж. — Соглашайся на девочку.

Но я упорно стояла на своем, совершенно необъяснимо, почему:

— Нет, не хочу девочку. Только мальчика.

Я не рассказывала мужу про аборт. Тогда еще думала, что он прошел для меня без последствий. Просто какая-то упертость, даже злость не давали мне согласиться с Матвеем.

Но ни мальчиком, ни девочкой забеременеть я не смогла. Врачи говорили, что шансы есть, только их совсем мало. Какое-то время еще удавалось скрывать от мужа прошлое, но когда он захотел сам пойти со мной к врачу, пришлось ему все рассказать.

— Как давно это было? — спросил Матвей, узнав об аборте.

— Семь лет назад, — ответила я. Больше мы об этом не говорили. Но в наших отношениях случился надлом. Внешне всё сохранялось, как и прежде. Однако каждый из нас чувствовал, что мы стали отдаляться друг от друга.

— Не получается у нас, что будем делать? — как-то спросил Матвей. — Что не получается? — не сразу поняла я. — Ребенок. Семья без ребенка не семья, — тихо сказал муж. Конечно, он был прав. Мне и самой уже хотелось малыша. Только что я могла сделать? Мы еще долго пытались, ходили по врачам, я даже однажды пошла к знахарке. Толку от этого не было. Отношения наши совсем разладились. Спустя три года мы с Матвеем расстались.

И тут снова явился он. Мишенька пришел ко мне во сне. Он опять сидел рядом и плакал. Утром я проснулась совершенно разбитая, голова была словно набита ватой. «Что тебе от меня нужно? — мысленно обращалась я к мальчику из сна. — Почему ты меня мучаешь?»

Мишенька не мог ответить, но почему-то не хотел бросать меня и время от времени напоминал о себе. Все так же приходил во сне и то тихонько хныкал, то надрывно плакал. В итоге мне стало казаться, что это мой мальчик, тот нерожденный ребенок является во сне.

«Такого не может быть. У Мишеньки была своя мама, — я вела разговоры сама с собой. — И вообще неизвестно, кто бы родился у меня. Это могла быть и девочка. Просто я в стрессе, мне надо срочно успокоиться».

Я пила успокоительные, даже пошла к психологу. Только лучше мне не становилось, на душе словно камень лежал, а после этих сновидений вообще казалось, что схожу сума.

Однажды на работе коллега сказал, что он помогает детскому дому, и предложил нам поучаствовать в сборе средств для детишек. Говорил так проникновенно и убедительно, что многие откликнулись, мы быстро собрали деньги. В воскресенье коллега предложил вместе съездить в детдом. Никто не согласился, а у меня было свободное время, и я решила поддержать его. Это был для меня совершенно необычный и новый опыт. Я никогда не занималась благотворительностью и уж тем более не ездила в детский дом.

И сейчас хорошо помню тот день. Мой коллега был здесь почти своим, его машину сразу пропустили на территорию. Во дворе на площадке играли дети, рядом находилась воспитательница.

Мы подошли поздоровались, дети окружили нас. Коллега сразу включился в игру, стал бегать с малышами. А я стояла в стороне и смотрела. Было как-то неловко и немного неуютно. Я наблюдала за детьми, что-то спрашивала у воспитательницы. Тут подошел мальчишка. Черные волосы топорщились на затылке, в больших зеленых глаза читался интерес. Он посмотрел на меня, потом на воспитательницу и взял ее за руку.

— Ну что же ты, поздоровайся и познакомься, — сказала она. Мальчик спрятался за ее спину и молчал. Из своего надежного убежища он поглядывал на меня.

— Это Мишенька, он новенький. Пока еще боится, — объяснила воспитательница. Конечно, он был совершенно не похож на мальчишку из моего сна. И внешне совсем другой, и возраст гораздо старше. У мальчиков из сна и реальности просто было общее имя. Но для меня этого оказалось достаточно. Решение, конечно, возникло не сразу. Но день за днем оно становилось все крепче и осознаннее, и наконец я все окончательно для себя поняла.

Не буду описывать метания, сомнения, уговоры родственников, непонимание подруг… Это был долгий и непростой путь, но я решилась и усыновила Мишеньку. Не знаю, будут ли у меня еще дети. Врачи говорят, что не все потеряно. Впрочем, это сейчас не так важно, потому что уже есть Мишенька, мой милый мальчик. Да, с ним непросто. Но у меня есть стойкое ощущение, что он послан мне свыше.

И, знаете что, тот сон приснился мне еще только раз. Это было в день, когда я наконец оформила все документы об усыновлении. Мишенька из сна снова пришел ко мне. Только он не плакал, а просто сидел и смотрел на меня. Очень внимательно и сосредоточенно. Я проснулась и стала собираться. Нужно было ехать в детский дом и сказать сыну, что мы уже совсем скоро поедем домой.

Адель