Впервые увидев эти скульптуры, я была поражена их необычной красотой…

Ленка, откуда у тебя такая прелесть? — Я внимательно рассматривала красивую статуэтку, которую раньше не видела в доме моей сестры. Гипсовая фигурка изображала застывшую в танце пару. — Мы с Вадимом ходили на выставку знакомого скульптора. Мне так понравилась эта статуэтка, что я ее купила. Если хочешь, дам тебе его телефон и адрес мастерской. У него много красивых вещей.

— Было бы неплохо прикупить пару статуэток, чтобы украсить квартиру. А то она еще такая безликая… Однако мне неудобно звонить незнакомому человеку.

— Ну, это как ты хочешь. Впрочем, я пригласила его на свои день рождения. Там вы сможете познакомиться.

Так и получилось. Через две недели мы с мужем поехали на празднование тридцатилетия моей сестры. Поздравив Ленку, вручили ей подарок и принялись за угощение. Через пару минут Лена подвела к нам темноволосого мужчину с пронзительными темными глазами.

— Ирочка, помнишь статуэтку, которая тебе понравилась? Знакомьтесь, это Матвей, ее автор.

Я с улыбкой поприветствовала нового знакомого, а он внимательно разглядывал меня. У него был такой гипнотизирующий взгляд… Вечеринка удалась на славу. Мы пели, танцевали, даже играли в «показуху». Когда я, совсем запыхавшись, отправилась освежиться на балкон, за мной вышел и Матвей.

— Вот, возьмите, пожалуйста, визитку. Если захотите посмотреть мои произведения… Приходите. Я машинально положила ее в сумочку и благополучно забыла. Только спустя неделю, выходя с работы, вспомнила о визитке. Посмотрев на адрес, удивилась: мастерская находилась неподалеку. Решила, что нужно заглянуть. Вдруг среди его скульптур попадется что-то оригинальное для супружеской спальни.

Позвонила в дверь и стала ждать. Через мгновение она открылась. На пороге стоял Матвей.

— Добрый день… — начала я неуверенно. — Не знаю, помните ли вы меня, мы познакомились у Лены…

— Ну конечно, я вас помню! Ирина, не так ли? — Он пригласил меня войти. Мастерская оказалась очень большой, просторной. Через широкие окна свободно лился яркий солнечный свет. У стен было расставлено множество скульптур — от совсем маленьких до двухметровых.

Мое внимание привлекла одна, на первый взгляд ничем не примечательная статуэтка — невысокое дерево с причудливо переплетенными ветвями. Она понравилась мне простотой и изысканностью, и я спросила, за сколько Матвей продаст мне это сокровище.

— Ни за сколько. Дарю.

— Нет, так нельзя, — пролепетала.

— Что за глупости! Обычно люди выбирают что-то крупное, массивное. А ты обратила внимание на мою любимую вещь. Именно поэтому я хочу тебе ее подарить… После таких объяснений возражать не имело смысла. Поболтав еще немного, я собралась уходить и уже даже направилась к выходу, как вдруг Матвей остановил меня.

— Ты очень красивая женщина, и… я хотел бы попросить тебя позировать мне, — он робко улыбнулся. По-моему, это плохая идея… — Не подумай… Ничего такого. Никакой обнаженки. Просто у тебя очень правильные черты лица. Мне кажется, ты идеальная модель… Признаюсь, его предложение очень мне польстило. Ну кому из женщин не захочется побыть в роли музы? И к тому же я чувствовала себя обязанной Матвею, ведь он подарил мне статуэтку.

— Понимаешь, — собралась с мыслями, — я никогда не делала ничего подобного. Может, действительно стоит попробовать, раз в этом нет ничего страшного. Не получится — ничего не потеряем, кроме времени. Уговорил. Я согласна.

— Спасибо огромное! Уверен: ты не пожалеешь об этом. Заходи ко мне в понедельник или во вторник после обеда. Как тебе удобнее… На этом мы попрощались, и я покинула его мастерскую.

Дома за ужином рассказала мужу о том, что буду моделью скульптора. Сначала он рассмеялся, а потом в штуку погрозил мне пальцем:

— Ты только смотри там без всяких глупостей, ладно?

— Bay! Неужели мой самоуверенный мужчина ревнует? — притворно удивилась я. — Не переживай! Кроме тебя, мне никто не нужен. Со следующей недели я начала позировать Матвею. Оказалось, что это невероятно скучное и утомительное занятие. Приходилось часами просиживать без движения. Мы практически не разговаривали, ведь скульптора нельзя отвлекать. Однажды вечером, когда я уже собралась уходить, он тихо сказал:

— Ира, спасибо, что позируешь мне. Ты меня восхищаешь. Раньше я не встречал таких женщин… Почему-то мне стало неловко от его слов, хотя обычно я с удовольствием принимала от мужчин комплименты. Может, дело в его парализующем взгляде? Не знаю… С тех пор на каждом сеансе Матвей восхищался моей красотой.

— Ты так прекрасна! — часто повторял он. — Просто нет слов…

Мне хотелось прекратить это знакомство, становившееся все более неприятным. Я даже рискнула высказать свои мысли вслух, но Матвей умолял прийти к нему еще хотя бы пару раз: мол, он заканчивает скульптуру, она для него важна. Я подумала, что за два раза со мной ничего не случится, поэтому согласилась. В один из последних визитов за мной заехал муж. Матвей не был этому рад. Более того, он даже высказал предположение, что Леша пытается контролировать меня.

Я взбесилась, ответив, что сыта по горло замечаниями и больше не приду, ведь он позволяет себе слишком многое.

Матвей просил прощения, умолял остаться, но я была непреклонна: «С меня хватит!» Выйдя из мастерской, вздохнула с облегчением. Наконец этот кошмар закончился. Но я ошиблась.

С того времени каждую ночь в три часа в нашей квартире звонил телефон. Кто-то молча сопел в трубку, не произнося ни звука. Иногда мне казалось, что возле нашего дома мелькал знакомый силуэт Матвея. Кроме того, я стала плохо себя чувствовать. У меня все время болела голова. Потом начались носовые кровотечения. А через неделю заболел Лешка…

Муж говорил, что у него перед глазами появляются темные пятна, и он чувствует покалывание под веками. Леша сходил к окулисту, ему назначили кучу обследований, но они ничего не выявили. Никто не понимал, что не так с моим мужем. Было ясно одно: он теряет зрение. Я была в ужасе. И тут мне позвонила расстроенная Лена и потребовала объяснений. Оказывается, Матвей всем объявил, что я ухожу от Лешки к нему. И вот тут мне стало действительно страшно. Ведь все наши неприятности начались именно после знакомства с этим скульптором.

Я позвонила своему другу, который работал в полиции, и все ему рассказала. Он долго не понимал, чего от него хотят, не верил, что Матвей может быть причастным к нашим неприятностям. С трудом, но мне удалось уговорить приятеля тщательно проверить мастерскую Матвея.

Как потом оказалось, я успела вовремя… Еще немного — и было бы поздно. Когда оперативники попали в мастерскую, то нашли там множество скульптур… с моим лицом. Некоторые из них выглядели совершенно нормально, но другие изображали меня с каким-то искривленным лицом, словно я была несчастна или злилась. На нескольких работах оказались вбитые в нос гвозди… Я с ужасом рассматривала эти работы. Но самое страшное увидела в конце. За занавесом стояла скульптура моего мужа. У нее не было глаз! Вместо них торчали шурупы.

Матвея поместили в психиатрическую лечебницу. Его диагноз я так и не запомнила — слишком уж длинный. Ясно только одно: из больницы он уже не выйдет. Не знаю, поверите вы или нет, но когда мы уничтожили эти скульптуры, мне сразу стало легче. А Лешка полностью выздоровел. С тех пор я избегаю скульпторов. Понимаю, что среди них вряд ли окажется второй Матвей, но ничего поделать с собой не могу.

Ирина