В институте мы с Леной не очень дружили, а теперь вдруг поняли, что зря, ведь у нас много общего. По крайней мере, мне так показалось…

Мы не виделись одиннадцать лет. Когда учились в институте, между нами не было особой дружбы, но теперь я так обрадовалась, будто Лена была моей самой задушевной и лучшей подругой.

Наша случайная встреча произошла в лучших традициях подобных встреч.

— Олька! Петрищева! Ты?

— Ленка! Как же я рада тебя видеть!

— Ты отлично выглядишь!

— А ты какой стала! Просто слов нет!

— Ты как? Муж? Дети?

— Муж — объелся груш. Разбежались с ним еще два года назад.

— И я со своим разбежалась, только совсем недавно. А дочке — шесть лет.

— А моему сыну — восемь. Олька, а работаешь ты где?

— В аудиторской конторе.

— И я в конторе, но строительной.

Как же много новостей накопилось у каждой из нас за эти годы. И как много совпадений в судьбах. Это ли не повод для того, чтобы встретиться снова и возродить былую дружбу.

Мы обе спешили, поэтому обменялись номерами телефонов и разбежались по своим делам, пообещав где-нибудь пересечься.

Я, конечно, надеялась, что Ленка позвонит, но не могла представить, что так скоро — на следующий день. Причем позвонила она в мою дверь.

— Привет! У меня тут совершенно случайно свободный вечер нарисовался — вот решила тебя проведать.

— Привет, — растерянно улыбнулась я. — Погоди, а как ты адрес узнала?

— А интернет на что? — рассмеялась Ленка. — По номеру телефона можно любой адрес найти. А чего ты такая кислая? Не рада, что я пришла?

— Ну что ты, Лен… Очень рада, — ответила я искренне. — Просто немного растерялась от неожиданности. Дело в том, что я… что мне…

— Ага, всё понятно. У тебя, значит, сегодняшний вечер занят. Свидание с бойфрендом, да?

— Да нет, просто у нас на сегодня девичник запланирован. Понимаешь, мы с девочками каждую последнюю субботу месяца обязательно собираемся вместе у кого-нибудь дома.

— А что за девочки? Кто-то из наших?

— Нет, ты их не знаешь. Это мои коллеги — Яна, Лиза и Галя.

— А у кого вы сегодня собираетесь?

— В том-то и дело, что у меня. Через два часа девчонки должны прийти, а я еще готовить не начинала. Пока в магазин за продуктами сгоняла, пока убрала… На кухне еще конь не валялся.

— Так чего же мы стоим? Вперед, к победе кулинарного труда! Я тебе помогу, а перед их приходом свалю.

— Ну что ты, можешь остаться, если хочешь. Только… — Я хотела тактично объяснить, что за шестилетнюю историю наших девичников еще ни разу на них не присутствовал кто-то посторонний, но Ленка не дала мне договорить.

— Хватит болтать, — прикрикнула она командирским тоном, — а то твои гости придут к пустому столу.

Она отодвинула меня, как отодвигают ширму, и бегом направилась в глубь квартиры, безошибочно угадав, где расположена кухня. Я двинулась следом… Пока успела дойти до кухни, подруга уже повязала фартук и придирчиво осматривала содержимое моего холодильника.

— Что у нас сегодня в меню? — спросила она, не оборачиваясь.

— Салат с кальмарами, судак, запеченный с овощами, на гарнир — рис с черносливом, на десерт — мой фирменный шоколадный кекс, — перечислила я.

— Неплохо, — одобрила Лена. — Рыба и морепродукты — правильное решение. А вино какое будешь подавать?

— Красное.

— К рыбе — красное вино? Петрищева, ты в своем уме? Это же совершенно несочетаемые вещи!

— А мы с девочками любим красненькое сладенькое и особо не заморачиваемся — сочетается, не сочетается… Во всяком случае, никто раньше на такие тонкости внимания не обращал.

— Это тебе только так кажется, — безапелляционным тоном возразила Ленка. — Учти, женщины, а подруги в особенности, замечают все твои промахи. Ты же не хочешь выглядеть в глазах коллег дремучей провинциалкой?

— Почему провинциалкой? Я родилась в Москве и всю жизнь здесь прожила.

— Тем более. Стыдно продвинутой столичной даме не знать таких элементарных вещей! — Она взглянула на часы и распорядилась: — Значит, так: сейчас быстренько готовим, а потом ты сбегаешь в магазин за белым сухим вином.

— А как же красное? В конце концов, у меня ведь на столе не только рыба будет — я еще ветчину и буженину собиралась нарезать.

— Ладно, — смилостивилась Ленка, — так и быть, пусть обе бутылки стоят. Но белое к рыбе — обязательно. Кстати, судак-то чищеный? Нет? Так чего же ты ждешь? Срочно начинай чистить рыбу, а я пока салатом займусь. Помощь Лены, конечно, пришлась кстати, хотя, по правде говоря, она больше разговаривала, чем помогала. Но овощи на салат всё же почистила и порезала — и на том спасибо.

А рот у Ленки просто не закрывался.

В основном она руководила процессом, но и о себе кое-что рассказала.

И снова то и дело проскальзывали совпадения. Замуж вышла по любви, первые годы жили хорошо, а потом муж стал выпивать и погуливать налево — точно так было и у нас с Гошей.

И дети родились в одном месяце — оба Скорпиончики. И рожали мы, оказывается, в одном роддоме — только с интервалом в два года. И что уж было совсем невероятно — у одной и той же акушерки.

— Это просто фантастика! — радовалась Ленка каждому «попаданию». — Кстати, а где сейчас твой ребенок?

— К бабушке на выходные отправила.

— А я — к папаше. Нет, всё-таки у нас с тобой ужасно много общего! И почему мы все эти годы не общались?

Наконец всё было готово: все блюда приготовлены, стол — сервирован. До прихода девчонок оставалось полчаса. Я прикинула, что успею сбегать в ближайший магазин за белым сухим вином. Может, подруги и вправду обращают внимание на такие «ляпы», а не говорят о них вслух просто из вежливости?

Когда я вернулась домой, увидела, что Ленка «перенакрыла» стол по-своему. Убрала бумажные салфетки и затейливым рогом поставила на тарелки льняные, о существовании которых я, признаться честно, совсем забыла — во всяком случае, не пользовалась ими уже года три. По-моему, они лежали где-то в шкафу, под стопками полотенец и постельного белья.

В шкафу я давно не наводила порядок — всё руки не доходили, и мне стало стыдно за беспорядок, который Лена там увидела. Чувство стыда трансформировалось в раздраженность: в конце концов, это мой шкаф, когда хочу, тогда и убираю.

Кстати, тарелки, на которых стояли салфетки, Лена тоже поменяла. Убрала мои любимые — оранжево-зеленые из полупрозрачного стекла, а вместо них поставила тарелки из доставшегося от мамы немецкого сервиза «Мадонна» непременного атрибута любой советской семьи в семидесятых — восьмидесятых годах прошлого века.

Сервиз мне не нравился, и я даже не стала ставить его в сервант — он пылился в коробке в кухонном шкафчике. Не слишком понравились мне все эти перемены, но я тактично промолчала — не буду же я делать гостье, пусть и незваной, замечания.

— Показывай, какое ты вино купила! — потребовала Ленка.

Я протянула ей бутылку.

— О господи… Это же надо, до тридцати трех лет дожила и до сих пор не научилась в винах разбираться!

— Я разбираюсь.

— Правда? Тогда должна знать, что карта белых сухих вин включает в себя… От алкогольного ликбеза мне спас звонок в дверь — мои девчонки-умницы не стали подтягиваться по одной, а пересеклись где-то в центре и приехали все втроем.

Лена уже совсем забыла, что собиралась уйти, и с энтузиазмом стала приглашать моих подруг в мой дом.

— Познакомьтесь. Это Лена, — спохватившись, представила я ее подругам. «Лиза», «Яна», «Галя», — по очереди назвались девочки. Ни одна из них не выдала своего недовольства, хотя у нас был давний и очень жестко исполняемый уговор: на наших девичниках — никаких чужаков. Я первая его нарушила, а подруги даже бровью не повели.

Сели за стол. Яна, которая на этой неделе пополнила многомиллионный клуб брошенных жен (три дня назад супруг-язвенник, которому она самоотверженно десять лет готовила паровые котлеты, сказал последнее «прости» и ушел к другой), произнесла:

— А ну его к лешему, этого козла, да, девочки? Если я сейчас не выпью, то просто залью вас всех слезами! — и потянулась к бутылке красного вина.

— Точно, — поддержала подругу Галя, — лучшее средство в таких ситуациях — это напиться и забыться!

— Пить на голодный желудок? — Ленка, почти как вратарь в прыжке, вырвала из рук Яны бутылку.

Мои девочки просто замерли с открытыми ртами — так ошалели. Покраснев, я попыталась загладить неловкость.

— Перестань, — вымученно улыбнулась я Лене. — От одного бокала вина натощак еще никто никогда не умирал.

— Я и не говорила, что она умрет. Но вот заблевать тебе ванную, а то и комнату вполне может, — громким шепотом ответила Ленка.

Я покраснела еще сильнее, а Янка стала и вовсе свекольного цвета.

После такой «увертюры» разговор за столом долго не клеился. Точнее, беседа не клеилась — мы четверо угрюмо ковыряли вилками в еде и внимали вдохновенному монологу моей институтской приятельницы.

Яна так и не прикоснулась к бокалу с вином, хотя сама Ленка уже допивала второй. Галя, у которой в стрессовых ситуациях начинался настоящий жор, подкладывала себе всё новые и новые порции добавки.

— Притормози, — вдруг обратилась к ней Ленка, прервав рассказ о своих карьерных достижениях, — не мечи так, а то нам ничего не останется.

Улыбнись она при этом, фраза с натяжкой сошла бы за не вполне удачную шутку, но Ленка, черт бы ее побрал, сказала совершенно серьезно и даже сердито.

— Но я… не… — забормотала Галя, не донеся вилку до рта.

— На твоем месте я вообще села бы на воду и кефир, — стала развивать тему Ленка. — В таком возрасте иметь такие габариты — это просто неприлично.

Галя, которая всего восемь месяцев назад родила третьего ребенка и еще не успела войти в норму после родов, вспыхнув, смущенно пробормотала:

— Я не могу сесть на кефир… Я же еще малыша грудью кормлю.

— От тарелки жирной ветчины качество молока не улучшится, — назидательно обронила Ленка, — а на бедрах и пузе жиром осядет. Не боишься стать матерью-одиночкой? Мужья стройных любят, а от целлюлитных толстух бегут куда глаза глядят.

Я пошарила под столом ногой и довольно сильно стукнула Ленку по лодыжке, чтобы та замолчала.

Лиза громко ойкнула и обвела присутствующих удивленным взглядом. «Акела промахнулся…» Во второй раз… Первый промах я сделала раньше — когда позволила Ленке остаться на нашем девичнике. Ведь могла же и раньше, за те два часа, что она мне «помогала», сообразить, что ничего хорошего из этой затеи не выйдет.

Господи, как же мне потом объясняться с девочками?

— Может, кино посмотрим? — Лиза, как самая мудрая из нас, решила увести нас подальше от скользких тем. — Я его с собой принесла. Не новый, но классный фильм. В прошлые выходные смотрела — просто обрыдалась. «Звездная пыль» называется.

С удовольствием посмотрю еще раз.

— Вот прямо так и обрыдалась? — презрительно скривилась Ленка. — Мелодрама небось?

— Да, мелодрама, — растерянно кивнула Лиза, — но, по-моему, очень хорошая, с фантазией…

— Мелодрамы смотрят тупоголовые домохозяйки, у которых в голове одна извилина, — парировала Ленка.

— Знаешь, Оля, я, пожалуй, пойду, — поднимаясь из-за стола, сказала Лиза.

— И я, — торопливо вскочила Яна.

— Ой, Оленька, мне тоже пора. Скоро Олежку нужно кормить, — сказала и встала вслед за ними Галя,

— Пока! — небрежно бросила Ленка. — Приятно было познакомиться.

— Девчонки, а как же кекс? — выскочила я вслед за подругами в прихожую.

— Я не буду, мне худеть нужно, — буркнула Галя.

— Ты в тесто коньяк добавляла? Не боишься мне предлагать — а вдруг ковер тебе изгажу? — добавила Яна.

— Девчонки, перестаньте! — воскликнула мудрая Лиза. — Оля тут ни при чем. Ну не получились посиделки — в следующий раз получатся… Уж я-то на наш девичник никаких посторонних приятельниц не допущу! — не удержавшись, подколола она меня.

Я вернулась в комнату. Ленка, забравшись на диван и задрав на столик ноги, уминала кекс.

— Ушли? Ну и ладно… Не переживай, мы и вдвоем отлично время проведем.

— А ты никуда не спешишь?

— Нет, — мотнула головой она. — Могу до десяти посидеть у тебя.

— Не думаю, что это хорошая идея, — высказалась я уже более откровенно.

— Что ты имеешь в виду?

— Я очень хочу, чтобы ты ушла, — заявила я ей в лоб, без обиняков.

— У тебя что, голова разболелась?

— И душа тоже. Скажи, зачем ты обидела моих девчонок?

— Ерунда. Никого я не обижала — просто правду сказала. Подумаешь, какие нежные. И вообще, если хочешь знать, твои подруги мне совершенно не понравились. Я вообще не понимаю, что вас связывает. Вы все — такие разные. То ли дело мы с тобой. По-моему, нам надо общаться — сама же говорила, что у нас много общего.

— Много, — согласилась я. — Но есть одно очень существенное отличие.

— Это какое же? — с любопытством посмотрела на меня Ленка.

— В отличие от тебя, я не стерва. В общем, Лена, спасибо, что заглянула ко мне, но очень надеюсь, что эта наша встреча будет последней.

— Ничего себе заявочки! И это ты мне, твоей гостье, говоришь? За что ты меня так обидела?

— Обидела? И не думала. Просто переняла твой опыт и сказала правду, — и я указала ей пальцем на дверь.

Ольга